Особь

Кстати, я поручил всем нашим смотрителям внимательно наблюдать за животными в вольерах, особенно – за крупными кошками, которые вели себя явно неадекватно. Никаких признаков беспокойства, как вчера рано утром, не наблюдается.

– Хотите сказать, что существует явная связь между сбежавшей крысой и…

– Давай не торопить события, – дипломатично попросил Суровцев. – Подождем до завтрашнего утра.

Утренний осмотр электронных мышеловок принес новую добычу: семь отборных помойных крыс и одного небольшого крота. Однако Rattus Pushtunus среди них вновь не оказалось.

Да и крупные кошки вели себя тихо, что косвенно указывало – афганская крыса теперь наверняка уже далеко отсюда. Если вообще жива осталась: мегаполис – не высокогорный кишлак, и выжить в условиях оживленного города с непривычными опасностями куда сложнее…

– Боюсь, мы ее уже никогда не найдем, – предположила Лида, и по ее интонациям Суровцев так и не понял – радуется она или печалится.

– Надо просто делать свое дело, – возразил он. – Но о случившемся следует обязательно известить директора…

Собравшись с духом, Мефодий Николаевич написал объяснительную на имя высокого начальства.

При этом он никого не винил, в том числе и секьюрити: мол, причиной пропажи редкого грызуна стала цепочка роковых совпадений.

Директор зоопарка выслушал доклад Суровцева с полным пониманием. Он сам был зоологом-практиком, а не кабинетным ученым, а потому за свою карьеру насмотрелся всякого. Сбежавшая крыса не выглядела в его глазах глобальной неприятностью.

– Придется списывать ее «по естественным причинам», – по размышлении резюмировал он.

– То есть… – не понял Мефодий Николаевич. – Rattus Pushtunus – действительно редкий вид, уникальный случай в науке. Может, стоит еще поискать?

– Стоит, конечно. Я же не возражаю. Однако соответствующим документиком лучше подстраховаться сразу. Сам понимаешь: твою афганскую крысу вполне мог задушить обычный кот с городской помойки.

– Только бы не наоборот, – Суровцев сразу же вспомнил рассказ охранника о небывалом психозе крупных кошачьих в вольерах.

 – Но мне кажется, пусть наши электронные мышеловки еще пару дней постоят. Не уверен, что нам когда-нибудь привезут аналогичный экземпляр. Да и деньги за этого грызуна немалые плачены.

– Понимаю. Пусть и дальше стоят. Тем более что пить-есть эти мышеловки не просят. А вот животные у тебя в карантине иногда болеют и даже умирают… Если не ошибаюсь, в инструкции даже прописан допустимый процесс выбраковки.