Цветы Персефоны

Она сняла очки, подарив ему прекрасный взгляд медового цвета глаз, которые, кто бы мог подумать, скрывались за этими старомодными очками. Алексу показалось, что она помолодела лет на десять. Он даже удивился, обнаружив, что учительница отнюдь не была некрасивой, а мягкие черты лица придавали ей зрелый, но очень чувственный вид. Даже волосы развевались в воздухе, как в рекламе шампуня по телевизору! Алекс посмотрел на окна в классе. Они были закрыты, дверь тоже. Что же двигало ее волосы? И почему одноклассники смотрели на него так серьезно, как будто ждали, что что-то вот-вот произойдет? Когда он снова повернулся лицом к учительнице, то все понял.

Волосы шевелились не от ветра. Они живые, а их черные чешуйки переливались теперь темно-синими отблесками. Змеи на ее голове зашипели, пробуя воздух вокруг вилообразными языками. Некоторые раскрыли пасти, обнажив острые, угрожающие клыки.

– Не волнуйся, – снова повторила учительница, жадно вглядываясь и лаская лицо пальцами с острыми как бритва ногтями. – Тебе не будет больно.

 – Медуза Горгона приблизилась к нему, улыбаясь как голодная акула.

Алекс закричал.

– Боже мой, мистер Коста! Что за чертовщину вы вытворяете? Неужели не смогли найти более изящный способ сорвать урок, кроме как этими безумными воплями? – Учительница перестала писать на доске и посмотрела на него сквозь свои толстенные линзы.

Класс застыл, а Ян ошеломленно смотрел на всех непонимающим взглядом. Очень неловкая ситуация.

– Только не говорите, что вы заснули! – сказала учительница, поправляя очки на своем крючковатом носу.

– Эм… Возможно… Я не знаю… – Сердце бешено заколотилось, Алекс был поглощен мыслями о своем необычном состоянии и вовсе не задумывался о том, что говорит.

– Черт! Как же громко он спит! – сказал кто-то на задних партах.

Общий смех только усилил его смущение. Хотелось провалиться сквозь землю. Щеки загорелись румянцем.

– У меня чуть инфаркт не случился! – рассмеялся мальчик с волосами цвета тыквы и лицом, усеянным веснушками.

Смех усилился.

Алекс поднялся, чтобы извиниться перед учительницей и одноклассниками. Но его все еще вялое, обмякшее тело не подчинялось должным образом, а правая нога ударилась о парту, и та грохнулась на пол, вызвав общий смех. Единственные, кто не смеялся, были Ян и Анна. Они смотрели на него с явным беспокойством.

– Боюсь, мистер Коста, вам придется зайти в кабинет директора после уроков. Уже второй раз за две недели с вами происходит нечто подобное.