Цветы Персефоны

], пальцами опасно сверкало металлическое лезвие бритвы.

– Не будь дураком, – огрызнулся Роман. – Мы в школе, ненормальный. Хочешь, чтобы нас отправили в колонию для несовершеннолетних? Убери это. Есть и другие способы, – его слова были пронизаны такой злобой, что мальчик на земле был потрясен до глубины души.

– О да, Вольф, ты умеешь, – задыхаясь, произнес невысокий, пухлый, отталкивающего вида парень, который смеялся со звуком, похожим на крик осла.

Роман достал из кармана брюк металлическую штуковину с отверстиями, в которые он вставил пальцы правой руки, превратив ее в кисть робота-убийцы.

Он орудовал кастетом с невообразимой ловкостью, приобретенной от многократного его использования. В глазах Волка загорелся отблеск ненависти.

– Подойди сюда, мавр, – пробормотал он, стиснув зубы. Вода стекала по его выпуклому черепу, придавая еще более устрашающий вид. – Я кое-что тебе покажу. Ты узнаешь, кто здесь главный. – Он сжал челюсти, проводя языком по толстым губам.

 – Вставай! – приказал он.

– Нет, нет, ради всего святого. – Абдалла закрыл лицо руками, чтобы защититься, как будто таким образом мог укрыться от нависшей над ним угрозы.

– Ты что, не слышал, маленький засранец? – прорычал третий сообщник Волка, зловещего вида парень в шипованной кожаной куртке, из-под которой виднелась тканевая футболка с эмблемой СС на груди.

– Вставай, мразь!

Этот последний член мерзкой группы был светловолосым, голубоглазым и с немного женоподобными чертами лица.

Всем своим видом он напоминал об арийской расе, надменно и так по-фашистски взирая на неугодных. Абдаллу несколько раз пнули и подняли на ноги, он закашлялся, задыхаясь. Согнулся, плача от стыда, страха и боли, ему с трудом удалось встать.

Он стоял, дрожа, держась за бок, струйка крови стекала по разбитой губе. Ему было страшно даже смотреть на нападавших.

– Запомни на всю оставшуюся жизнь, насекомое.

Мы здесь главные, и если смогли однажды вернуть тебя в твою страну, то сможем сделать это и снова. – Он скривил губы в саркастической гримасе. – Тебе следует гордиться, ведь тебя забьет до смерти ночной солдат, волк… твой бог.

Вспышка молнии осветила металлический кулак, прежде чем он вонзил свою ненависть в лицо несчастного мальчика. Абдалла с непонятной покорностью ждал несправедливого наказания. Но оно не последовало.