Этюд в черных тонах

– Но должна же остаться какая-то информация о его жизни до пансиона…

– Маловероятно, – ответил Понсонби. – Он проживает в частных пансионах с самого детства.

Сердце мое сжалось, в горле вырос ком. Я задумалась об этом «почтенном» семействе, навсегда изгоняющем своего отпрыска, отбирающем у него даже имя. В Эшертоне я повидала немало трагических случаев, однако жизнь мистера Икс, отринутого людьми, которым надлежало заботиться о нем и любить, наполнила меня состраданием.

Понсонби задал мне какой-то вопрос.

– Простите, доктор?

– Эшертон.

Я прочел в ваших бумагах, что вы работали в этом приюте… ой, к несчастью, его больше нет. Под руководством сэра Оуэна Корриджа?

Я кивнула в ответ.

– Ой, это один из величайших психиатров в нашей стране… Безусловно, не величайший, но все же… Вы занимались с ним ментальным театром?

– Нет, доктор, в этих процедурах я не участвовала.

Мой ответ привел Понсонби в замешательство, как будто он собирался двигаться со мной в одну сторону, а я пошла в другую.

Но от своей темы он все равно не отказался:

– Мне нравится ментальный театр. В этом деле я достиг кое-каких успехов.

Он бросил взгляд на часы на цепочке – характерный врачебный взгляд, как будто он у всех и каждого готов посчитать пульс. Понсонби ясно давал понять, что наш первый разговор окончен, однако у меня еще оставались вопросы.

– Простите, доктор, но у моего пациен… У моего пансионера кровоизлияние в левом глазу. Его бы следовало показать специалисту, как вам кажется?

Понсонби так наморщил брови, что казалось, будто он совершенно не понимает, о чем я говорю, да и кто я вообще такая.

– Ой, да-да-да…

– В левом глазу.

– Да-да, я понимаю, что вы имеете в виду. Да, вообще-то, да… Так все и было, когда он к нам поступил, около двух месяцев назад.

– Но возможно, он испытывает режущую боль, быть может, из-за этого он и не желает раздвигать…

– Послушайте, мисс… ой… мисс… – Понсонби замахал рукой.

– Мак-Кари.

– Спасибо. Не беспокойтесь по поводу его глаза.

Он не просил об осмотре у специалиста.

То, что я услышала, показалось мне невероятным. Да разве здоровье пациента зависит от его собственных прихотей? Я постаралась ответить как можно более смиренным тоном:

– Простите, доктор, но глаз сильно покраснел. Возможно, такое раздражение причиняет боль. А вдруг это поддается простому лечению? Если мы уменьшим жжение, мы поможем нашему пансионеру…

Понсонби ответил не сразу.

– В Портсмут недавно приехал новый врач.