Невидимый мир. Последний шанс. Книга первая

– Вот и я про это говорю. Но красота Мирвара не спасает мир, она разрушает его.

– Война – это разрушение. Я знаю.

– Верно, – вздохнул монах. – Оказывается, всё ты уже знаешь.

– Нарада, – мальчик посмотрел в добродушные глаза старика, – расскажи мне про солнце.

– Что, опять? – вздёрнул брови тот.

– Опять. Расскажешь?

– Конечно. Давай садись нормально.

Ганимед сел рядом с монахом, и их бритые головы оказались вровень друг с другом. Мальчик прищурился, глядя прямо на солнце.

– Больно смотреть? Правда?

– Больно, – шёпотом ответил Ганимед.

Глаза его заслезились.

– Всё правильно, это очень яркое солнце. Не то что на Мирваре. В вашем мире солнце – тусклый фонарь, на который можно смотреть, не щурясь, сколь угодно долго. У вас мало света, а здесь очень много. Здесь очень тепло, и посмотри вокруг, Ганимед, – как много красок.

– Да-а. Всё очень красивое, Нарада. – Ганимед проморгался и стал смотреть на траву, прогоняя солнечных зайчиков. – Давай дальше.

– Это солнце, Ганимед, светит для хороших людей, таких, как ты и я.

Оно доброе и ласковое. Под этим солнцем всё расцветает и становится лучше.

– Как же я хочу жить здесь, чтобы каждый день видеть это хорошее солнце, – посмотрел на Нараду Ганимед.

– Когда-нибудь будешь, – улыбнулся старик в ответ.

– Да-а. Буду, – ответил малыш, прикрыл глаза и, казалось, о чем-то задумался.

– Во сколько сегодня встал? Поди, рано?

– А? – очнулся Ганимед. – Да, ещё пяти не было.

– И сразу на тренировку?

– Конечно.

Почти сразу, – кивнул мальчик.

– Это хорошо, – дружелюбно улыбнулся Нарада.

– Не-ет. Надоело. Ничего хорошего в этом нет. Я не хочу заниматься.

– Да ты что? – изобразил удивление Нарада. – Заниматься надо. Ты же хочешь стать сильным?

– Не особо. Зачем? – сгримасничал мальчик.

– Что значит зачем? Ты ведь должен освоить лихо.

– Лихо… Нарада! Как ты по-другому его называл? Скажи. Я забыл.

– Намерение, Ганимед. Лихо – это намерение. Так что хочешь не хочешь, а заниматься надо.

Когда ты станешь взрослым, лихо тебе очень пригодится. Ты пойдёшь в армию, станешь сильным воином.

– Нарада! Ты что, забыл? Я уже в армии. Я же сержант.

– Да? – удивился монах. – И вправду забыл. Вас, мирварианцев, нелегко понять.

– Но ты же такой умный! – сверкнул большими глазами в сторону старика Ганимед.

– Умный-то умный. Дел просто очень много. Всего и не упомнишь.

– Ну давай я тебе расскажу! – воодушевлённо воскликнул мальчик.