Невидимый мир. Последний шанс. Книга первая

Тот никак не реагировал, а лишь потрясённо смотрел на парящий над полом борд.

– Теперь надо наступить на него! Наступить! Посмотрим, сколько он выдержит! – послышались азартные крики.

– Племянник не должен знать, что на доску до него кто-то наступал, – потерянно произнёс Фиц.

– Разуйся! Всё нормально будет. Не бойся, – кричали товарищи.

Снова все заулюлюкали, как на стадионе во время матча.

– Ладно. Расступитесь, парни, – сказал Фицджеральд, скинул кроссовки и остался в носках.

– Носки-то чистые? – спросил Руди.

– Новые, – кивнул в толпу Фицджеральд.

– Ну тогда всё супер. Пробуй! Пробуй! – выкрикивали парни.

Фиц медленно приблизился к доске, тяжело вздохнул и с опаской занёс над ней ногу.

– Давай! Давай!

Фиц изобразил улыбку и встал на борд. Гол! Раздевалка взорвалась криками радости и изумления. Момент истины: здоровенный мужик стоял на борде, который даже не шелохнулся под его весом.

– Тише, парни! Тише! – расставил руки в стороны Фиц, почувствовавший странный виброотклик в стопы.

Толпа мгновенно притихла. Борд издавал повторяющиеся звуковые сигналы. Фицджеральд слез с доски, присел на корточки и нажал на кнопку. Борд медленно опустился на пол.

– Что это было? – тревожно спросил Билл.

– Перевес? – предположил Руди.

– Низкий заряд? – сказал кто-то из толпы.

– Да. Скорее всего, низкий уровень заряда. – Фицджеральд поднялся. – Батарея не очень. Держит всего тридцать минут. А новая, похоже, совсем не заряжена.

– Ты слишком тяжёл для этой игрушки, – усмехнулся Руди и похлопал себя по животу.

– Может, и так, – кивнул Фицджеральд. – В любом случае, концерт окончен.

– Это было офигенно! – покачал головой Билл.

– Да, – кивнул Фицджеральд и принялся упаковывать борд обратно в коробку.

– Всё, парни! Расходимся! – замахал руками Билл. – Скажем Фицу спасибо и дружно идём на тренировку.

– Ты сделал мой день, – сказал Руди и стал пихать впереди стоящих к выходу.

Народ стал расходиться. Фицджеральд восстановил упаковку, насколько это было возможно, переоделся, и вместе с Билом они вышли в зал. В зале было, как всегда, многолюдно.

– Кардио? – спросил Билл.

– Как обычно, – кивнул Фицджеральд, и они направились через гремящую качалку к беговым дорожкам, которые располагались у самых окон, смотрящих на проезжую часть.

– О-о-о, – протянул Фицджеральд, когда они оказались на месте.