Сдохну, воскресну, перезвоню…

Девушка остановилась напротив дороги и, достав сигарету, зажгла на кончике пальца огонек, закурила. В кромешной тьме маленькие снежинки медленно падают, мерцая в лунном свете, как далекие звезды на ночном небе. Лиса сделала последнюю затяжку и, потушив сигарету о собственное запястье, всё равно такие маленькие раны сами быстро заживают, выбросила окурок в снег. Девушка достала из кармана пальто ключ от машины, выбрала внешний вид – байк – и нажала кнопку вызова. Она поправила шарф, закрывая лицо от пронизывающего ледяного северного ветра.

Уже через минуту напротив неё стоял черный двухколесный монстр с мощным двигателем. Ей в голову пришла очень странная маниакальная идея, которую она решила воплотить прямо сейчас. Невинное подростковое лицо исказила сумасшедшая улыбка.

Лиса надела шлем и, заведя мотор, направилась в сторону противоположную городу. По пути девушка заехала на безлюдную заправку и купила канистру бензина. Пока она мчалась на запредельной скорости по трассе, в её дурной башке не было ни одной здравой мысли, лишь странная идея мелькала в отголосках пьяного разума.

Лиса прибыла на засекреченный военный объект, в котором она выросла – двенадцатая исправительная колония, отданная выдающемуся ученому, Эльзе Селенос. Здание выгляди пустым и заброшенным, с момента, как Лиса покинула его, сюда никто не приезжал. Девушка вздернула подбородок и гордо вошла в свой так называемый «дом детства». Он вызывал у неё смешанные чувства. С одной стороны здесь прошла большая часть её сознательной жизни, с другой вспоминать всю ту физическую и моральную боль, которую приходилось терпеть на протяжении многих лет, ей не особо хотелось.

Прямо напротив главного входа в центре круглой комнаты с множеством дверей находится лифт. Лиса поднялась на нём на третий этаж, приложив палец к датчику, открыла толстые железные двери и зашла на кухню. Она заполнена рядами столов, как в школьной столовой, впереди барная стойка, а за ней кухонный гарнитур. Девушка медленно прошла через весь зал в кромешной темноте, провела свободной ладонью по плите и её глаза наполнились слезами. Боль сковала её горло, не давая возможности сделать глоток свежего воздуха. В голову полезли множество воспоминаний. Они местами хорошие, но в основном негативные.

Лиса всхлипнула и, вытерев проступившие слезы, решительно раскрутила крышку канистры и вылила часть содержимого на плиту. С верхней полки девушка достала бутылку коньяка, зубами оторвала обертку и вытащила пробку.