Красная королева

Но эта девчушка, – Ментор постукивает по фотографии указательным пальцем, – дочь председательницы самого крупного банка Европы. Ей никогда не позволят забыть. В каждом репортаже, на каждой фотографии с ней, будет значится неизменное определение «пережившая трагедию». Ты бы хотела такого для своего ребенка?

Ментор замолкает и смотрит на Антонию, изображая на лице неподкупную честность.

Джон тем временем даже зааплодировать готов.

А этот мерзавец умеет просто превосходно манипулировать. Его ложь настолько похожа на правду, что и не отличишь.

Теперь понятно, что он имел в виду, говоря про свою философию говнизма. Этот тип наступил бы на горло собственной умирающей бабушке, лишь бы добиться своего.

– Погоди, а у тебя что, есть ребенок? – спрашивает Джон, когда до него доходит смысл последней услышанной фразы.

Антония молчит, неотрывно глядя Ментору в глаза.

– Скажи мне, что тот, кто сделал это, больше никого не убьет, – мягко говорит Ментор.

Антония делает глубокий вдох. И после долгой паузы начинает медленно-медленно говорить:

– Тщательно спланированное похищение.

Кровавое убийство, совершенное с особой жестокостью. Тот, кто сделал это, наделен исключительным умом, и да, он будет продолжать убивать. Это только начало.

– Мы имеем дело с серийным убийцей? – спрашивает доктор Агуадо.

– Нет, – отвечает Антония. – Тут нечто иное. Этот зверь другого рода. Такого я раньше никогда не видела.

За три часа до этого

Карла открывает дверь «порше». Мужчина бросается на нее, но не успевает.

Дверь захлопывается за спиной, словно голодная пасть, но Карла уже снаружи, она падает ладонями на землю. Твердо стоять на ногах не получается, плоские подошвы туфель скользят по неровной поверхности.

Не падай, только не сейчас.

Если упадешь, он тебя поймает.

Карла спотыкается, мышцы ослабли после стольких часов сидения в машине, но ей удается собрать необходимые силы для бега. Шаг, еще шаг – это все, что нужно делать, бежать, как можно дальше отсюда.

К ней тянется рука.

Внезапно слышится треск.

Тело Карлы словно парализует, воздух застревает в горле.

Пальцы мужчины вцепились в ее шарф (то, что она услышала, – был треск рвущейся ткани, а не хруст шеи, как она с ужасом подумала). Ее тянут назад.

Карла делает резкий поворот вокруг своей оси. По воле случая она поворачивается слева направо, по часовой стрелке, и ее тело оказывается на свободе, а шарф остается в руках человека с ножом.