Оцепеневшие

Она медленно переставляла конечности, двигаясь к прихожей, и с каждым движением из ее глотки вырывался протяжный стон, больше смахивающий на мычание. Клубок внутренностей вывалился из обширной раны и, размотавшись перламутровыми петлями, волочился следом за раненой.

Ирма выглянула из комнаты, с холодным безразличием глядя, как ее «рыцарь», кряхтя от натуги, добивал женщину отверткой.

Когда все было готово, она зашла в спальню и выключила телевизор. В залитой кровью квартире, пропитанной запахом бойни, воцарилась полнейшая тишина.

– Вот и все, – заговорил Саша, выпрямляясь. – Теперь ты будешь жить.

– Конечно, – подтвердила Ирма. – Мы будем жить вместе! Ты молодец, Сашенька!

Его левый глаз заблестел от счастья. Господи, наконец-то! Все осталось позади!

Саша стоял, гордо выпятив грудь, как победитель. Забрызганный кровью с ног до головы, словно его поливали из шланга.

– Осталось еще кое-что сделать, – вдруг сказала Ирма.

– Зачем?

– Так надо, – нетерпеливо ответила она, и он беспрекословно подчинился. Раз Ирма говорит «надо», значит, это действительно надо. Внутренний голос начал что-то робко говорить о каких-то отпечатках пальцев, но Ковалев едва ли прислушивался к нему.

Собрав весь свой боевой арсенал, он вывалил его на покрасневшую от крови постель.

Ирма удовлетворенно кивнула.

– Отлично.

– У меня глаз болит, – пожаловался Саша и осторожно дотронулся до торчащих ножниц. Даже малейшего прикосновения было достаточно, чтобы слегка притихшая боль с удвоенной силой вгрызлась в его глазницу.

– Не трогай, все испортишь, – предупредила Ирма.

– И щеку поранило, – добавил он, тыкая пальцем в рваную щель.

– Это все царапины. Где ты видел, чтобы рыцарь сражался и не получал никаких ранений?! Терпи!

Саша непроизвольно выпрямился, подняв подбородок.

Да, он рыцарь. Он спас свою принцессу, и отныне они будут счастливы!

Ирма тем временем отправилась на балкон. Схватив в охапку его одежду, она неожиданно швырнула все вниз. Туда же последовал рюкзак и новые кроссовки Саши, которые недавно купила ему мама.

– Зачем ты выкинула мои вещи? – изумился он.

– Я знаю, что делаю.

Взглянув на решительное лицо возлюбленной, он притих.