Белый крейсер

 – Вдруг это просто авантюрист, чудом пробравшийся на борт?

– И это возможно, – не стал спорить Таркович. – Но я готов за соломинку ухватиться. В прошлом, насколько я знаю, искин Белого Крейсера редко ошибался.

– Как же, редко, – криво усмехнулся адмирал. – Ты последнего императора вспомни. Только о развлечениях и думал, скотина! А страну профукал…

– Это, конечно, так… – устало потер виски глава разведки. – Но того императора избрал не искин Белого Крейсера, а искин дворцового комплекса. Владек на БК вообще ни разу не бывал.

Ладно, впрочем, это дело прошлое, а нам сейчас выжить нужно.

– Нужно, – согласился Шемич. – И это очень непросто. Ты, Мирко, забываешь, что никто из наших дорогих «демократов» власти просто так не отдаст. Будут вопить о «свободных выборах» и «волеизъявлении народа», гадя изо всех сил. Многие почему-то им верят…

– Не многие! – возмутился Таркович. – Совсем не многие! На выборы едва пятнадцать процентов населения ходит! Однако эти псевдовыборы все равно объявляют легитимными.

Будто не знаешь.

– Знаю, – скривился адмирал. – Не хуже тебя знаю. Но поддержать неизвестно кого? Извини, я еще не сошел с ума.

– Да ты погляди, что на улицах творится! – рявнул, вставая, глава разведки. – Погляди! Включи любой новостной канал головидения.

– Зачем? – удивился Шемич.

– Зачем? Я же говорил тебе, что шар на вершине дворцовой башни загорелся белым! Думаешь, люди не помнят, что это означает? Еще как помнят! Об Империи в последние годы с такой ностальгией говорят и пишут, что… От профессоров до дворников.

Люди устали от либерастического бардака!

Ничего не говоря, адмирал дотронулся до одного из сенсоров на небольшом пульте. Стена напротив превратилась в голоэкран, на котором появилась заполненная народом улица. Шемич сразу узнал ведущий к остаткам императорского дворца проспект Михайлы III Освободителя в бывшей столице Росса, Сант-Владибурге. Люди что-то кричали, обнимались, бросали вверх шапки и шляпы, танцевали и аплодировали. А впереди пылал ярким белым светом шар на вершине императорской башни, как называли ее в просторечии.

В нескольких местах некие ораторы что-то вещали с импровизированных трибун, но их никто не слушал. Сквозь рев народа адмирал различил надрывный визг одного из них, стоящего на парапете набережной:

– Мы свободные люди! Нам не нужно никаких императоров! Голосуйте за нашу партию!

– Да заткнись ты, гнида! – сдернули его с парапета несколько явных работяг, судя по виду, и от души отпинали ногами.