Белый крейсер

 – Да поймите же вы, что я не потяну эту адскую ношу! Я не готов к ней! Я простой пехотный капитан! Мне всего двадцать два года! Куда мне?! Я вообще ничего в этой вашей Империи не понимаю! Я родом с планеты, еще не вышедший в космос! Очутился на крейсере непонятно как! Я не могу взять на себя такую ответственность. Товарища Сталина бы сюда, он бы быстро разобрался…

– Этот ваш товарищ Сталин тоже когда-то был молодым, – упрямо возразил Умар. – Не думаю, что он сразу всему научился. Ваше величество! Создатель возложил этот долг именно на вас! Ведь неспроста же?

– Возможно… – не стал спорить Алесий.

 – Но… Я не могу. Слышите? Я должен вернуться домой! У нас там война. Я присягу давал! Понимаете? Присягу!

– Понимаю, Ваше величество… – помрачнел Умар. – Присяга – это святое…

– Вот только возможности вернуться домой нет, – заговорил один из стоящих возле тронного возвышения людей, среднего роста парень с короткими каштановыми волосами и резкими чертами лица. – Даже Белый Крейсер не способен перемещаться во времени.

– И ты туда же, Виктор! – с досадой посмотрел на него император. – Все-таки считаешь, что мы в будущем?

– Считаю, – подтвердил тот. – И в прошлом относительно моего времени. Хочу в этом убедиться. Господа, какой нынче год от основания Империи?

– Две тысячи триста тридцать девятый, апрель, – ответил Гилек, пытаясь осознать вышесказанное. Прошлое? Будущее? Что за чушь?

– Так я и думал, – удовлетворенно кивнул Виктор. – Самый конец Безвременья.

И если уж в мое время не умели путешествовать во времени, то сейчас это тем более невозможно. Простите, товарищ капитан, но это правда и никуда от нее не денешься.

– И чего же ты от меня хочешь? – устало посмотрел на него тот.

– Ничего. Решать вам.

– Вот именно, мне.

Немного помолчав, Алексей перевел взгляд на Гилека с Умаром.

– Где вас высадить? – негромко спросил он.

– На Россе, – со вздохом ответил второй пилот. – Если можно, на материке Дубница, на северо-западе.

Денег нет ни гроша…

– Ваше величество! – после недолгого молчания снова заговорил Умар. – Я потомок одного из самых известных в свое время гвардейских родов. Позвольте подтвердить клятву верности рода. Как наследник имени, я имею на это право.

– А не слишком ли многого вы хотите? – выступил вперед Виктор. – Возможно, товарищ капитан и не знает, что это значит, но я-то знаю. И молчать не буду.

– Так говори, – повернулся к нему Алексей.