Безумие Бардов

Когда все закончилось, Дин вышел на связь с князем Перемыслиным и узнал, что его ненаглядную Ирину затянуло в аномалию. Только Элька, наверное, знала об его истинном отношении к этой женщине – Дин наблюдал за ее жизнью исподтишка, с тоской в глазах, но почему-то так ни разу и не решился навестить. Да и она сама тоже ни с кем не связывалась, что говорило о многом. Элька не понимала, зачем они мучают друг друга, ведь Ирина вполне способна стать Связующей. Да, это не совсем то, чего хотелось бы, но хоть что-то.

Или Дин не желает обрекать любимую женщину на такую судьбу? Вполне возможно.

– Как думаешь, что это было? – донесся до девушки голос наставника.

– Не знаю, – вздохнула она. – Только вот способ воздействия на Сеть…

– Что?

– Странный он какой-то. По-моему, ни одна из известных структур так не действует.

– Есть еще и сверхсущности, если помнишь, – тяжело вздохнул Дин.

– Есть, конечно, – согласилась Элька. – Но они же не вмешиваются ни во что.

– Это обычно, – недовольно поморщился Бард.

 – Иногда все же вмешиваются, и каждое их вмешательство дорого нам встает. И не только нам. Знаешь, смотаюсь-ка я к Древнейшему, он однажды рассказывал о чем-то похожем.

– А я в памяти искинов ГИНа[2 - ГИН – главный информаторий Безумных Бардов, обладающий непредставимой, по меркам конклавов, вычислительной мощью.] пороюсь.

– Это можно и позже, – Дин выглядел задумчивым. – Навести-ка лучше подругу, Ариан тоже, как мне кажется, что-то знает. В свое время, очень давно, они с Древнейшим сталкивались со сверхсущностью и даже сумели убедить ее не вредить.

– Ладно, – согласилась Элька. – Да и Джессику с удовольствием повидаю, давно я у них не бывала.

Немного постояв, Дин провалился в пол, оставив ученицу в одиночестве. Она не спешила следовать примеру наставника, размышляя о случившемся. Узловая станция и флот русских вскоре покинули место, где недавно находилась аномалия, отправившись по своим делам, но Элька этого даже не заметила.

Прошедшие пять лет были для девушки нелегкими, даже более того – адски тяжелыми. Она с каждым днем теряла еще частицу себя, все дальше отходя от человеческой сущности и постепенно превращаясь в контролирующую. Что-то приобреталось взамен, конечно, но все это было не человеческим. Странно это – смотреть на разумного или мир, и видеть их возможные судьбы в зависимости от тех или иных условий. Или знать, что станет результатом любого твоего поступка.