Демиурги. Полигон богов

 – Значит, здесь есть еще кто-то, кого мы не видим, а Треглавый чувствует.

– И где этот кто-то? – хмуро поинтересовался сьер Дойл. – Эй, стража! А ну-ка кликните сюда рьина Томаха!

Неника в ужасе сжалась за лианами, очень надеясь, что ее не найдут. И зачем она сюда сунулась, дура несчастная?! За такое и насмерть запороть могут! И на соляные копи сослать! И даже в рабство продать! А внизу тем временем воцарился знатный переполох. Откуда-то появился командующий стражей, рьин Томах, огромного роста, больше пяти локтей, суровый седой мужчина с шрамом через все лицо.

Его сопровождал десяток лучников.

– Спрятаться здесь негде, – заявил командующий после того, как ему поведали о подозрениях тьяна Лойвена.

– А там? – указал в заросли лиан над головой кто-то из лучников. – Там и два десятка без проблем скроются.

– Точно, – согласился рьин Томах. – Эй, там, наверху! А ну слазь, не то щас стрелами закидаем!

Неника зажмурилась и принялась отчаянно молиться Слепому Игроку, прося скрыть ее от взоров стражи.

Однако когда вокруг нее зашелестели в зарослях стрелы, не выдержала и тихонько, как детеныш тайша[10 - Тайш – небольшой пушистый зверек с острой мордочкой, которого на Брайне держат вместо кошек. Охотится на мелких вредителей.], запищала.

– А ну слезай, я сказал! – рявкнул начальник стражи, услышав этот писк. – Слезай, не то пристрелим!

Этого Неника уже не выдержала. Она спустила вниз веревку и соскользнула по ней как раз под ноги рьину Томаху.

Лучники тут же взяли ее на прицел. Девушка вытянула вперед руки, показывая, что в них ничего нет.

– Простите… – сквозь слезы пролепетала она. – Я ничего дурного не хотела, только на змей посмотреть…

– О, я ж ее знаю, – заговорил стоящий за спиной начальника стражи рыжий парень.

– И кто она?

– Да одна из дворцовых кухонных девок, не раз ее видал.

– Кухонная девка – и вдруг корнелазка?! – изумился рьин Томах. – Ну, дела-а-а…

В этот момент все и случилось.

Над ними раздался вопль Треглавого, мелькнула какая-то тень, и в плечи Неники вцепились крохотные коготки. Средняя голова змея легла на ее голову, накрыв раздвоенным языком лоб, остальные две накрыли собой руки. Крылья распахнулись во всю ширь над лопатками. Хвост свернулся спиралью и вонзился в поясницу девушки, вызвав крик боли и судороги.

– Держите ее! – заорал ринувшийся к Ненике хранитель Змеиного Гнезда.