Мы – были! Путь

Капитан снова вспомнил трупы и страшные кадры, найденные в логовище Томорроя, и содрогнулся. И ведь на какую высоту тянутся связи палачей… Ощущение, что ими куплены буквально все вокруг. За какую ниточку только не пытался дергать старый сыщик. И каждую ему немедленно обрывали. Даже друзья, даже те, кому верил всю жизнь, советовали бросить безнадежное дело и не пытаться вычерпать руками болото. Тем более, что после уничтожения орденом Службы Безопасности снафферы притихли, люди больше не исчезали. Но капитан прекрасно понимал, что это ненадолго – слишком большие деньги завязаны в этом кровавом бизнесе.

Даже если бы он решил прекратить расследование, его самого в покое не оставят.

Исчезнувшая часть снафферского общака, за которую отвечал Томоррой, интересовала многих. Эти деньги усиленно искали, несколько раз кто-то проводил дома у Рене незаметный обыск. Капитан криво усмехнулся – старого сыскаря на мякине не проведешь, он никогда не уходил из дому, не оставив нескольких почти невидимых нитей на дверях.

А уж о том, сколько раз перерывали его рабочий сейф, и говорить не стоило. Многие пытались говорить с Рене, делали намеки, пытались давать взятки. Нет, капитан Таранчено не был святым, иногда он покрывал кое-кого, и не бесплатно, но брать деньги, залитые кровью несчастных детей? Это уже слишком, для этого нужно перестать быть человеком.

Еще одно обстоятельство радовало Рене – дочь с внучкой находились в безопасности. А их искали, лихорадочно искали, прекрасно понимая, что их жизни – единственное, чем можно пронять ненавидящего снафферов легавого.

И очень многие знакомые «случайно» интересовались, а куда это пропала его дочь. Рене, посмеиваясь про себя, отвечал, что та вышла замуж на Северный континент, пока еще не устроилась, и точного адреса он не знает. Но, Благие! Как мерзко стало на душе, когда расспросы начал человек, которому он верил, как самому себе. Неужели и старый друг запачкан в кровавом бизнесе? Может, и нет, но рисковать не стоило. Потому Рене молчал о своем договоре с орденом и его контроле над расследованием.

Хотелось все же справиться без них. Он ведь помнил, что сотворили Аарн с его родной планетой. Помнил леденящий ужас, царивший на Мооване во время атаки ордена, помнил черные воронки в небе. Вот и не пользовался до сих пор их помощью, искренне надеясь, что люди родной планеты смогут справиться с заразой сами. Но, увы. Похоже, никто не считал кровавый бизнес чем-то особенным и не понимал ненависти Рене к палачам.