Мы вернемся домой

Из стазиса вывели дружную компанию шахтеров, инженеров и планетологов, с которыми Иван Логвинович обычно основывал новые колонии. Каждого он отлично знал не первый десяток лет, с каждым пуд соли вместе съел.

Прошло еще три часа, и «Трудяга», напоминающий длинный стрежень, усеянный бесчисленными контейнерами в пространственных карманах, из-за чего нес вдесятеро больше груза, чем в несвернутом состоянии, набрал скорость в направлении 55-й Рака и скрылся в гиперпространстве. Лететь ему предстояло трое суток, причем на форсаже.

Пространственные и наземные гиперврата наконец-то собрали, отладили и запустили, после чего грузы и люди пошли на Лейту бесконечным потоком. Среди колонистов были, в основном, коммунары, а они, узнав, что произошло, сжимали зубы и готовы были работать сутками без отдыха. Такова была их суть. Они твердо знали, что их дело правое и победа будет за ними.

* * *

– Иван Логвинович, – разбудил старого шахтера голос помощника, Сережи Онищенко. – Вышли из гипера. Вас зовут в рубку.

– Иду, – он сел, затем сходил в санузел и освежился.

Минут через пять Иван Логвинович входил в рубку. Там он застал очень растерянных капитана, Аристарха Бернардовича Федосеева, корабельного инженера, Микаэля Алехандровича Ставьери, и старпома, Зураба Леонидовича Горидзе. Все трое выглядели стукнутыми пыльным мешком из-за угла.

– Что-то случилось? – встревожился шахтер.

– Мы получаем позывные, – отозвался инженер. – В имперском формате. Разве что устаревшие на сто с небольшим лет.

– Так включите! – рявкнул Иван Логвинович, не понимая, откуда в этой вселенной взялись другие имперцы.

– Включил, – уронил Микаэль. – О, нас вызывают! Вывожу на центральный экран.

Перед ними засветился воздух, и на голографическом экране медленно проявилось изображение уставшего человека с седыми висками и осунувшимся лицом. При виде землян он радостно улыбнулся, буквально просиял и выдохнул:

– Здравствуйте! Вы нас наконец-то нашли?!

– Опаньки! – хлопнул себя ладонями по бокам Иван Логвинович.

– Ваня… – еще шире улыбнулся упомянутый. – Шоренко… Страшно рад тебя видеть, старина… Нет, жив я, как видишь. Мы тут уже больше ста лет кукуем и не понимаем, где это – тут.

– Капитан транспорта Л-160 «Трудяга», Аристарх Бернардович Федосеев, – представился командир корабля. – Корабельный код передаю.