Мы – ищем! Завет

– Ну и как это понимать, молодой человек? – хмуро поинтересовался полковник, пристально глядя на принца.

– А что тут непонятного? – пожал плечами Джавад. – Скучно мне, вот и сбежал! С ребятами вот познакомился! А то совсем уже достали, сиди в одиночестве, учись только! Ни одного друга рядом нет! Сил уже никаких нет это терпеть!

– Я тебя прекрасно понимаю, – усмехнулся Джанар Харт. – Но ты забываешь об особенностях характера твоей матери. У нее сейчас истерика. Она велела поднимать войска и флоты по тревоге, решив, что ее сына похитили.

– Ой-йо… – взлохматил волосы пятерней принц, мама в истерике, это очень серьезно, помнил он такое, пока успокоили, она такого натворила, что ужас просто.

– Вот тебе и «ой-йо»! – укоризненно покачал головой полковник. – Ты забыл, что тебе через полторы декады в другую галактику на три года лететь, парень? И да, ты учти, что твои приятели сюда не прибудут, на Новом Ирлорге встретитесь.

Мирек с Санивой смотрели, как строгий военный песочит их нового друга, но помалкивали, начиная понимать, что волей случая познакомились с сыном кого-то очень высокопоставленного. Кто еще способен поднять по тревоге флот и гвардию? Девочка вообще узнала начальника дворцовой охраны, видела его пару раз, когда приходила к папе на работу. Поварам и горничным разрешали приводить своих детей в нижний дворец, предупредив, чтобы те в верхний не совались.

– А ну покажи кулаки, – Джанар Харт остановил взгляд на замазанных кремом синяках Мирека.

Принц тяжело вздохнул, но не прекословя показал сбитые кулаки.

– Так я и думал, – покивал полковник. – Это ты его?

– Нет! – вскинулся от такой несправедливости Мирек, сообразив, что нового друга обвиняют в его избиении. – Он меня выручил, меня пятеро били!

– Тогда ладно, – кивнул Джанар Харт. – Выручил, говоришь? Надо же, новый Алексашка Меньшиков, ни много, ни мало.

Никто, кроме русских легионеров не понял, что он имел в виду, а легионеры как-то задумчиво хохотнули, довольно странно глядя на мальчишку. В общем-то, начальник стражи был не так уж неправ, судьба будущего графа Нагайра в чем-то походила на судьбу светлейшего князя Меньшикова, за исключением того, что граф не отличался такой вороватостью, как князь, и император об его спину трость не обламывал.