Мы – ищем! Завет

Что чувствовали остальные трое, они понятия не имели. Убийца и Злюка сидели в коконе, спрашивать этих истеричек о чем-либо никто не собирался. А Дура, вернее, Ирна, все еще не отзывалась, хотя однозначно слышала призывы и знала, что их ждет. Осталось надеяться, что она не станет вредить, когда получит такую возможность, а она ее получит – основная личность, как-никак.

Девушка встала и с дрожью осмотрела огромный ритуальный зал, пол которого испещряли сложнейшие рунные схемы. Раньше она всегда скептически относилась к рунистике и ритуалистике, считая эти дисцплины чистой воды шарлатанством.

Но только до тех пор, пока лично не познакомилась со Стевереном Ардаором. Древний маг показал ей такие глубины великого искусства магии, что ее учителю до них было, как до другого конца галактики пешком.

Когда граф на очередной встрече привел с собой не только Кержака Черного и Касру Ла Онег, при виде недобрых взглядов которых у Мары холодок пробегал по низу живота, но и высокого седого человека с жестким лицом, она поначалу не обратила на него внимания, готовясь выслушать очередную лекцию старого орка.

– Мара, перед тобой Стеверен Ордаор, по книге которого ты училась, – представил гостя ис Тормен.

– Н-но… – с трудом удержала свою челюсть от падения вниз Ведьма, которая сейчас контролировала тело. – Р-раз-зве…

– Да, он жив, – понял ее изумление граф. – Сымитировал свою смерть и ушел, возглавлять Церковь Благих ему было уже неинтересно.

– Ясно, – кивнула девушка, поворачиваясь к древнему ментату и слегка кланяясь.

 – Простите, уважаемый Стеверен, а сколько всего уровней было в вашей книге? Я дошла до сорок девятого, рассчитав распределение при помощи четырехмерного исчисления Ораона-Эктема, использовав как общую оболочку преобразование Саманха и распределение Дорема.

– Вот как? – удивленно вскинул брови тот. – А зачем такие сложности? Вполне можно было обойтись тройным преобразованием Кидайта в распределении Дорема. Но ваш способ тоже рабочий.

А уровней всего шестьдесят.

– На пятидесятый выйти я так и не сумела, странный там алгоритм распределения символов, – вздохнула Мара. – Что-то знакомое, но никак не могу понять, что именно. Напоминает восьмеричный двадцатицикловый алгоритм Касита-Этрайта, но точно не он.

– Не он, – с улыбкой подтвердил Стеверен. – Но вы правы, близко. Немного подумайте, и вы сами все поймете.

– Уже не я, – нервно поежилась девушка. – Точнее, не совсем я.