Наследник

Вещи еще не доставили, поэтому контр-адмирал опустился в кресло, жестом предложив адъютанту сесть напротив.

– Ну, Вилли, – доброжелательно улыбнулся он, – что ты на все это скажешь? Как тебе первое место службы?

– Мы в цирк попали, дядя Карл?.. – уныло спросил юноша, в которого военную дисциплину вбивали на протяжении всей его жизни, поскольку происходил он из семьи кадровых военных в незнамо каком поколении.

Отец Вильгельма Вольфа был старым другом и однокурсником Карла фон Бока, они вместе учились в военно-космическом училище.

Да что там, дружили еще их отцы и деды, внуки всего лишь унаследовали традицию. Контр-адмирал, тогда еще только капитан второго ранга, вместе с другом забирал Вилли с матерью из роддома, поэтому знал его от и до. И считал юношу подающим надежды молодым офицером. Поэтому, когда в списке выпускников училища прошлого года обнаружил имя сына старого друга, то, не сомневаясь ни мгновения, забрал его к себе в адъютанты. Правда тот был этому вовсе не рад и не раз бурчал, оставаясь с контр-адмиралом наедине, что не просил протекции и хочет пройти все ступени служебной лестницы самостоятельно.

– Я сам начинал адъютантом у твоего деда, – отвечал ему на это фон Бок. – Это не помешало мне стать профессионалом, а, совсем наоборот, помогло.

Понимающе посмотрев на Вилли, контр-адмирал горько усмехнулся и приказал:

– Напомни-ка мне, как появились «безумцы». И тогда сам многое поймешь, а не поймешь – разъясню.

– Ну… – на мгновение задумался лейтенант, вспоминая пройденный три года назад курс новейшей военной истории. – Первый раз они были зафиксированы в две тысячи триста пятнадцатом году. До того наши пилоты не могли на равных противостоять пилотам «котов».

– Мальчик мой, не унижай достойного противника, – мягко пожурил его фон Бок.

– Так все так говорят… – растерялся Вилли.

– Ты – не все. Ты заметил, что ни я, ни твой отец ни разу на твоей памяти на назвали крэнхи «котом»?

– Не обращал внимания… Но теперь вспоминаю, что да… Спасибо, что указали мне на это, дядя Карл, больше не повторится.

– Продолжай.

– Так вот, один истребитель крэнхи разменивался на два, а то и три наших. Это физиологическое ограничение, у них быстрее реакция и сильнее костяной и мышечный каркасы. Улучшение наших истребителей давало немногое, все упиралось в пилотов, не способных реагировать с нужной скоростью.