Огонь и ветер

– Проси сколько угодно, – Ит сплюнул. – Сам знаешь…

– …что это бесполезно. Проехали, – Ри в последний раз затянулся, швырнул окурок вниз. – Ладно, пошли. Близко уже совсем.

…С вокзала отправились на Пушкинскую пешком – те же полчаса, а по дороге нужно было завернуть в пару магазинов, дома у Ри, конечно, не было ни крошки еды. Затарились – картошка, пара банок кильки, белая булка, свежая, ещё даже тёплая, только-только с хлебозавода, банка клубничного джема и круг сомнительной колбасы. Если поджарить, то сойдёт.

Дома Ри, едва войдя, тихо свистнул, а затем позвал:

– Эй, где вы там? Вылезайте, мы вернулись.

Ит, войдя следом за ним в просторную тёмную прихожую, по привычке осмотрелся. Да, всё так же. За двадцать лет тут не изменилось ровным счётом ничего.

Всё так же висит на вешалке её плащ – Ри его, кажется, и не трогал, только пыль метёлкой смахивал, всё так же стоят туфли, в рядок (она всегда была аккуратной), и зонт-трость прислонён к калошнице… если не присматриваться, то вполне может показаться, что она вот-вот вернётся, но только она никогда уже не вернётся, и…

Из четырёх дверей три, выходящие в прихожую, сейчас были плотно закрыты, лишь одна, ведущая в кухню, была приоткрыта где-то на две ладони.

Из неё тянуло сыростью, сквозняком – видимо Ри, уезжая, не стал закрывать форточку. Свои вещи Ри сейчас бросил в угол, не глядя, и быстро пошёл на кухню.

– Ты бы хоть разулся, – проворчал Ит. Стащил с себя отсыревшие ботинки, тоже поставил в угол. И пошёл следом за Ри на кухню.

Тот стоял у мойки и пристально всматривался в решётку вентиляции.

– Ау, – позвал Ит. – Спят, что ли?

– Да, как же. Сейчас… Тринадцатый, Брид, вылезайте! Хватит притворяться.

В вентиляционном коробе раздался шорох, потом решётка дрогнула.

– Сейчас, – раздался сверху недовольный голос. – Лови давай. Ноги тут все переломаешь…

– Ой, не ври, что вы шнур не взяли, – проворчал Ри.

– Взяли. Тебе охота его сматывать и обратно запихивать? Нет? Тогда лови.

Решётка, наконец, уехала в сторону, и в отверстии показалась голова Брида – подвязанные запылённым носовым платком волосы, недовольное лицо.

Он высунулся чуть дальше, и тут ему, кажется, дали сзади пинка – Ри едва успел подставить руки.

– Ещё раз так сделаешь, урою, – пообещал Брид.

– А ты мне на руку наступил, когда я спал… О, Ит, здорово! – Тринадцатый высунулся из отверстия. – Хорошо, что ты добрался. Так, мы сегодня спать к тебе.

– Это почему? – ревниво спросил Ри.