Поступь Палача

Минуты через полторы он вдруг остановился, откинул голову назад и рассмеялся каким-то жутким, скрипучим, пугающим, нечеловеческим смехом. А после этого его волосы и кожа принялись стремительно белеть, как, впрочем, и одежда. Парня били судороги, по губам потекли струйки крови, но вскоре исчезли, словно впитались в ставшую мертвенно-бледной кожу. Не прошло и двух минут, как в камере стоял беловолосый в своем обычном белоснежном плаще до колен и узких черных очках.

До охранников быстро дошло, что происходит нечто необычное, и они ворвались в камеру еще до полного изменения Белозерцева.

На их слова он не обратил никакого внимания, и охранники открыли огонь на поражение. Впрочем, это ничего не дало, пули бессильно падали у ног беловолосого. Однако не все – аналитик отметил, что, когда одежда узника еще не до конца изменилась, одна из пуль ударила в плечо, откуда плеснул фонтанчик крови, но тут же исчез.

Беловолосый медленно повернул голову к охранникам и слегка опустил очки, приоткрыв глаза на каких-то полмиллиметра.

Четверо взрослых сильных мужчин тут же выронили оружие, медленно опустились на пол и застыли в нелепых позах. В здании надрывалась сирена тревоги – кто-то из охранников все же успел нажать на кнопку. Беловолосый вернул очки на место и исчез, словно его в камере никогда и не было.

К камере примчался наряд и кинулся помогать охранникам. Вскоре набежали еще люди, в том числе двое в белых халатах.

– Это уже неинтересно, – выключил воспроизведение Олег Филимонович.

 – Охранники, насколько я понял, живы.

– Живы, – подтвердил успевший прочесть переданный одновременно с видеозаписью рапорт Анатолий Максимович. – Без сознания. Беловолосый явно не хотел им вредить, просто отключил, чтобы не мешали. Другого вывода я сделать не могу.

– Что-то здесь не сходится… – покачал головой Борис Станиславович. – И сильно не сходится. Поведение Белозерцева было естественным, это я могу утверждать со всей уверенностью. А когда он превратился в беловолосого – оно полностью изменилось, как будто эти двое – разные личности.

Шизофрения? Не рискну делать такой вывод, тем более что сейчас однозначно подтвердилось – мы имеем дело с чем-то сверхъестественным. Но…

– Что? – насторожился столичный гость.

– Не знаю, заметили ли вы, что в человеческой форме беловолосый не неуязвим?

– В смысле?

– В прямом, – почти незаметно усмехнулся Борис Станиславович. – Его ранили, я заметил одно попадание.