Раскрой свои крылья

Ну, и какой, интересно, может оказаться пароль? Этот номер знали только ближайшие друзья Ригана, больше никто. Значит, должно быть что-то известное им всем. Что? А только девиз их эскадрильи!

– Раскрой свои крылья, – негромко сказал майор.

– Пароль верен, – подтвердил автомат. – Переключаю вас на господина контр-адмирала.

Ох, ничего себе! Риган – уже контр-адмирал?.. Высоко поднялся. Кто ждал, что этот разгильдяй без царя в голове окажется на такое способен? Уж всяко не Пимен, когда-то учивший молодого балбеса летать как следует, и не раз дававший ему по шее.

– Кто это? – раздался из динамика голара сухой, надтреснутый голос. – Карс, ты? Что-то с грузом не так?

О, и Карс в этой компании? Надо же. Видимо, вокруг контр-адмирала собралась вся их старая команда.

– Нет, это Пимен.

– Какой еще, к Проклятому, Пимен?! – над столом появилось изображение лица сухощавого человека с крайне недовольным лицом. – Откуда вам известен этот номер?!

– Не узнал, Риган? – усмехнулся инструктор. – Майор Даэнброн я.

– Что?! – полезли на лоб глаза контр-адмирала. – Так ты живой, все хвосты Проклятого тебе в глотку?! Ах ты ж, скотина! Собака бешеная! Да как у тебя совести хватило позвонить?! Ты где пропадал все эти годы?! Да как ты мог так с нами поступить?! И это после всего, что было…

Далее он употребил совсем уж непечатные выражения, от которых уши не просто вянут, а и отвалиться могут. Немного отведя душу, Риган укоризненно покачал головой и добавил:

– Мы его на каждой встрече поминаем, в церкви свечки за упокой души ставим, а он живой! Ну, не сволочь ли, а?.

– Не хотелось, чтобы вы себя обязанными чувствовали, – помрачнел Пимен. – Потому и ушел на дно.

– Ну да, сбежал из госпиталя, не оставив координат, – язвительно усмехнулся Риган. – А потом слухи пошли, что ты помер в столичной больнице. Мы, идиоты, и поверили… Знаешь, друзья так не делают!

– Я после списания не в себе был, – майор виновато опустил голову. – Когда понял, что больше мне в пространстве не летать… Решил полностью порвать с прошлой жизнью, год черно пил, потом взял себя в руки.

– Старый ты дурак! – раздраженно буркнул контр-адмирал. – Зря не решился, мы тут такие дела заворачиваем… И тебе место шкипера нашлось бы. Пусть на торговце, но летал бы!

– Да уж, действительно, дурак… – со вздохом согласился Пимен.