Стоя на краю неба

Принял оплату за вызов наличными и совершенно не проявил интереса к тому, почему эти две девушки, ни с того ни с сего, решили оплатить лечение какой-то безвестной шлюхи.

Гермо тут же подключили к автономной системе жизнеобеспечения и погрузили в машину. Клиник, в которых принимали рауф, на весь город оказалось всего три – врач сказал, в какую именно доставят этого и что вторую оплату можно сделать через любой городской терминал.

– Что с ним? – полюбопытствовала Файри.

– Отравление, судя по всему, – спокойно ответил врач.

 – Сожрал что-нибудь не то или выпил, у них это часто бывает.

– Но он выживет? – с тревогой спросила Найф.

– Должен, – врач усмехнулся. – Да вы не волнуйтесь так. Кошаки, они живучие. Сейчас промоем, в больнице кровь почистят, через несколько дней будет как новый.

– Знаете, мы просто… ну, немножко испугались, – пояснила Файри. – Идем по улице, и тут такое…

– Ну, Всевышний завещал помогать и тварям, и убогим, – кивнул врач.

 – Вы все правильно сделали. Кошак, он, конечно, не человек, а все равно тварь-то живая. Пусть и без бессмертной души.

Вот так.

Вот это новость.

Найф напряглась, но вида, конечно, не подала.

– А я даже не знала, что их в человеческие больницы берут, – Файри решила подлить масла в огонь. – Думала, для них свои какие-то.

– Откуда? – хохотнул врач. Найф видела – ему гораздо приятнее стоять тут и болтать с двумя хорошенькими девушками, а не трястись в машине, наблюдая за гермо.

 – В Зеленке есть несколько кабинетов, которые кошаки же и держат, но кабинеты эти – смех один. Я даже вам не буду говорить, для чего они, потому что пошлятина. Не надо вам такое слышать. Не были там никогда? – Файри и Найф отрицательно покачали головами. – И правильно, нечего вам там делать, в борделе этом. Ну, ладно, гражданки, поехали мы. Спасибо за оплату.

Файри секунду простояла неподвижно, прикрыв глаза, потом несколько раз медленно вдохнула и выдохнула, успокаиваясь.

Найф рассеянно смотрела по сторонам, что-то про себя прикидывая.

Расизм?

О, нет.

Никакого расизма. Никаких выпученных глаз, криков о превосходстве, никаких доказательств, никаких теорий… по крайней мере, внешне. Просто спокойная уверенность в собственной абсолютной правоте. Непоколебимая. Железная. Уверенность из серии «Потому, что правильно».