Утро черных звезд

Шансов на это у вас было десять в минус двенадцатой степени, вряд ли больше.

– Да что случилось-то?! – дернулся от такого известия Ит. – Что за катастрофа?!

– Не знаю, – помрачнел Бард. – Сеть внезапно начала разрушаться, связи между практически всеми сиурами и мегасиурами наших зон ответственности перепутались, многие вообще исчезли. Почти все наши, находящиеся в Сети, погибли. Мне повезло остаться в живых, наверное, потому что был в экстренном включении, я уже говорил об этом. После постоянного стресса я бы находился в неадеквате не меньше недели, а то и декады.

– А почему вы впадаете в такое состояние после выхода из Сети? – В глазах Ри горело любопытство.

– Как бы вам объяснить… Представьте себе, что у вас тысячи чувств и тысячи потоков мышления. Представили?

– С трудом.

– А теперь представьте, что вас внезапно отрывают от всех этих чувств и потоков, после чего одним ударом вгоняют в слабое человеческое тело с его всего лишь пятью чувствами и одним потоком мышления.

– Вряд ли… – медленно покачал головой Ри, у которого мурашки по коже пошли после того, как он представил себе сказанное. – Благодарю, я понял.

– То-то же, – удовлетворенно кивнул Бард. – Кстати, меня зовут Таенн Дорх. Родом, кстати, с вашей планеты, Ри. Но ушел оттуда больше пятисот лет назад. В момент смерти физического тела. Насколько мне известно, планету зонировал Ансалат. Это так?

– Да, благодарение Созидателю, – подтвердил инженер.

– Вы правы, не самый приятный конклав. Ансалат значительно лучше и гуманнее, хотя тоже имеет свои недостатки, недавно, например, пришлось поучить его правителей уму-разуму, а то слишком зарвались.

– Это не тогда ли, когда мы не сумели зонировать несколько планет в созвездии Дикого Пса? – подозрительно прищурился Ри, вспомнив массовую истерию, поднятую средствами массовой информации конклава после этого случая.

– Тогда, – слегка усмехнулся Таенн. – Мы можем позволить техногенной цивилизации зонировать лишь подобные ей. А есть еще и уникальные, идущие иным путем развития, такие мы обязаны оберегать любыми средствами. И прежде всего от техногенных конклавов.

– Почему?! – возмущенно вскинулся инженер. – Разве наш путь развития неправилен?!

– Он просто самый распространенный, – безразлично ответил Бард, прислушиваясь к чему-то, слышному только ему.