Только мы

С остальными они безукоризненно вежливы, – пояснил Микки, – но и только. Неумных людей просто избегают. Я наблюдаю за детьми с момента появления первого из них. Точнее, их было двое – мальчик и девочка. Раньше они ругались между собой. Мальчик думал только о компьютерных играх, а из девочки однозначно росла манерная стерва. Но когда они пришли с каникул, я увидел нечто потрясающее. Не обычных детей, а каких-то лучистых существ, сияющих Божьим светом. Не знаю, как иначе сказать. Девочке до тех пор ставил тройки по математике только по требованию директора – она вообще ее не знала и знать не хотела.

Зато после изменения доказала пару недоказуемых ранее теорем, легко оперируя разделами высшей математики, которую не во всяком университете изучают. Ее вопросы заставляют меня постоянно учиться самому, чтобы не опозориться. Да эти дети все такие. Еще я заметил, что учеба и прочее имеют для них очень малое значение. Они заняты чем-то своим, а чем – я понятия не имею. Порой станут втроем или вчетвером, касаясь кончиков пальцев друг друга, и стоят. Час, два, три. И никто к ним почему-то не рискует подходить. Я пару раз хотел, но что-то не дало мне этого сделать.

– Я уже понял, что перед нами нечто невероятное. Но меня до смерти пугает интерес властей.

– А ты попробуй довериться детям. Они знают и понимают больше нашего.

– Хорошо бы. – Назгул устало потер виски. – Но я все равно боюсь за них. Кстати, после уроков шестой «А» в полном составе будет ждать меня на спортплощадке. Они хотят со мной о чем-то поговорить.

– Поговорить?.. – удивленно вскинулся Микки. – Еще ни разу не случалось, чтобы они проявляли такую инициативу. Хотел бы я услышать, что они тебе скажут…

– Извини, но они хотели видеть только меня.

– Да ясно. У меня уже третий месяц предчувствие, что что-то начинается. Тревога какая-то висит в воздухе. Логика ответа не дает, я просто чувствую.

– Ну, у тебя всегда была хорошая интуиция, по играм помню, – улыбнулся Назгул. – Сколько раз нас о засадах предупреждал. Вот и сейчас не оно ли?

– Надеюсь, нет, – помрачнел Микки.

 – На следующей неделе районная олимпиада по математике. Попрошу-ка я ребятишек не показывать свой истинный уровень, не стоит.

– Попроси. Им действительно нужно научиться скрывать свою сущность. Мы же сумели, и при этом остались собой.

– Они могут и не внять моей просьбе. Они – не мы. Они – нечто куда большее.

Оба задумались. А затем приглушенно прозвенел звонок.

– Извини, мне пора, – встрепенулся Микки.