Четыре сына. Игры со временем

Испытав облегчение и жгучую злость за подобное обращение, Рикка ответила:

– Да! Надеялась! Я мечтаю выбраться из твоего паршивого дворца, подальше от Оркусом забытого Эссора, чтобы забыть всё это как страшный сон, чтобы не помнить твоего лица, голоса и всего тебя!

Она выкрикивала это от души, со слезами боли и злости на глазах. Султан нахмурился. От долгого ожидания кары и последующего помилования струны нервов девушки лопнули в ослепляющее безумие. Увидев выражение лица Дамаска, Риккарда истерически расхохоталась.

В бешенстве султан зажал ее лицо двумя пальцами, до боли стиснув щеки. Испытывая ярость не меньше, чем он, Рикка со всей силы ударила его по запястью, падая вперед и упираясь руками о его колени.

– Или, быть может, я таким образом привлекала твое внимание? – в сантиметре от лица мужчины зло произнесла она. – После той ночи ты совсем забыл обо мне, мой прекрасный султан. А тут смотри сколько внимания мне уделяешь, после моей выходк…

Не дослушав, Дамаск впился губами в губы Рикки, грубо прижав девушку к себе и повалив на пол.

Его руки хаотично заметались по ее телу, не зная, за что больше ему хочется схватиться. Продолжая яростно терзать рот девушки, он до боли сжимал полную грудь, резко перескакивая на бедра и ягодицы, а после вновь по кругу. Когда Дамаск стянул вниз короткую кофтенку, обнажив мягкую желанную плоть, и начал задирать длинную юбку, Рикка в ужасе поняла, что он и вправду собирается ею овладеть. Да, она дразнила его, но, по ее мнению, этот напыщенный перст просто не мог снизойти до нее в таком виде! Она не хотела! Не так!

Не задумываясь, Риккарда со всей силы сжала зубы, прокусывая губу султана.

Чужая соленая кровь хлынула в рот. Дамаск тут же больно надавил на щеки, и Рикка отпустила его.

«Доигралась, Рикка, молодец!», – про себя подумала девушка, трепеща всем телом.

Мужчина вскочил и не верящим взглядом посмотрел на вытертую кровь с губы. Воспользовавшись моментом, Риккарда тоже поднялась на дрожащих ногах, прижавшись к стене, и спешно натянула кофту на грудь.

– Ты бешеная!.. – начал было Дамаск, продолжая вытирать льющуюся кровь с губы, но Рикка не дала ему договорить, заранее зная, что ничего приятного она сейчас не услышит.

– Прости, мой султан, это вышло случайно! Страсть одолела меня! – умирая от страха, выдавила она из себя, изломав губы в неестественную восковую ухмылку.

У султана чуть пар из ушей не повалил от ярости.