Темница миров. Пробуждение

Наспех застегнув крохотные перламутровые пуговки дрожащими от гнева пальцами, Лия схватила с пола вещевой мешок, где комом валялись ее светлые штаны и аксессуары для танца, и молча направилась к выходу. Меньше всего на свете ей хотелось вступать в какой-либо контакт с Ньёрдом. Но он полностью заслонил собой проход и, похоже, не собирался никуда отходить.

Перебарывая подкатывающую к горлу горечь, Роксалия подняла на Хранителя тяжелый взгляд, встретившись с внимательными синими глазами. Как обычно и бывало в таких случаях, Лия испытала застарелый вкус жженной обиды и злости.

Она знала каждую черту когда-то дорогого лица: слегка хитрый разрез глаз, острый нос, прямой разлет пепельных бровей, родинка на левой скуле, улыбчивые губы и глубокие подвижные ямочки на щеках, так похожие на ее собственные, появлявшиеся даже когда он просто говорил. Знала… и ненавидела всей душой это лицо предателя.

– Подвинься, Ньёрд, а то зашибу ненароком тяжелой грудью да крутым бедром, – ядовито «попросила» Роксалия, закидывая мешок на плечо.

Уголок губ Йорана едва заметно дернулся, но Лия прекрасно разглядела довольную реакцию. Проклятье! Выдала себя. Теперь мерзавец знает, что ее задели его слова. Ну да к Хрону его. Ждать, когда он соблаговолит посторониться, Роксалия не стала, грубо толкнув Хранителя плечом. Тупая боль вспыхнула в суставе, будто она врезалась в стену. Ньёрд же едва шелохнулся, слегка сместившись в сторону. Этого хватило, чтобы проскользнуть на улицу.

– Не покалечилась, Лия? – со смехом в голосе тут же негромко поинтересовался Йоран.

– До завтра, Тэя-мит, – зло стиснув горловину мешка, чтобы перенаправить в него свою боль, кинула через плечо Бабочка.

– До завтра, Роксалия-нима.

– Не смей меня так называть, – не оборачиваясь, процедила она Хранителю.

От огромной каменной полусферы танцевального зала бежала среди высоких папоротников и длинных тонкоствольных пальма?р с разлапистыми листьями натоптанная тропка.

Босые ступни Роксалии не издавали ни звука, словно она парила над землей, а не шла. Так ходили все Бабочки – бесшумно, плавно, грациозно, будто танцуя. Впрочем, как и Вершители, кем являлся Йоран Ньёрд. За спиной Лии, словно никого не было.

– Значит, Куаш, – не спросил, а утвердил Хранитель, следуя за своей подопечной по тропинке, кривой лентой стремившейся к теплому лугу осоки с провалами горячих источников в земле. – Вершители не добрались до принца.