Регул

Я коснулась его рукой и почувствовала кисло-сладкий запах. Он в миг одурманил меня, и я сама не заметила, как от наслаждения прикрыла глаза. Открыв их, я очутилась в саду на нашей даче. Бабушка готовила блинчики, дедушка стоял возле умывальника в саду. Я снова была малышкой пяти лет. Я и забыла, какое это чудо – быть ребенком. Я чувствовала запахи цветов и травы, свежесть утренней росы, земли – всего, что меня окружало. Цвета были настолько яркими, что окружающий пейзаж напоминал раскраску. В сердце сладко переливались азарт и предвкушение приключений.

И, что ярче всего, о чем я напрочь успела забыть в своей взрослой жизни, я чувствовала настроение природы, этого дня, этой минуты. Это необъяснимое радостное единение с окружающей средой. Ты не просто наблюдаешь за ней со стороны, наслаждаясь красотой и дыша воздухом. Ты ощущаешь малейшее изменение и меняешься вместе с ней. Дуновение ветерка, запах свежести и чистота в голове и сердце. Ничто тебя не тревожит, ничто не заставляет тебя чувствовать дискомфорт. Вокруг тебя будто выстроили защитное поле и сказали: «Спокойно наслаждайся, тебе ничего не угрожает, можешь расслабиться». Ты – часть природы, часть жизни, часть этой минуты, а не просто человек с сумой забот и усталости. Научись слушать не только шумы своего ума, но и дыхание окружающего мира. Это даст тебе много больше, чем очередная прокрутка своих неудач в голове, событий прошлого или планирование будущего. А в ближайшем будущем человек обычно думает о дальнейшем, и, таким образом, настоящее никогда не проживается! Как много я почувствовала и осознала в это мгновение! Мы стали закупоренными банками относительно окружающего мира. Мы не были такими в детстве, мы умели замолкать мыслями и умели жить.

Пробежавшись босиком по траве с росой, спрятавшись на крыше сарая с тихо взятой не послеобеденной шоколадкой, рассекая воздух ничуть не хуже Джеки Чана, я стала спускаться к столу, но…

Но оказалась на горных лыжах посреди горы.

Взрослая дружная компания моей матери каталась в свое удовольствие в секретном месте, где не было никого кроме нас. Запах глинтвейна, бутербродов с докторской колбасой и адреналина, обрамленные светом уличных фонарей и звезд. И вот, лыжи уже вдоль склона, и я несусь, полная веселого ужаса в надежде притормозить о сугроб, а не об дерево.

Моментом позже я падаю в воду, и охлаждающие брызги летят во все стороны.