Я заберу твой Дар. Вор

Высокая, выше нас с Софи на две головы; очень прямая спина и шея, будто изнутри ее держит металлический штырь, а не позвоночник; белое лицо с большими желтыми глазами, что создавало ощущение чего-то хищного во взгляде довольно молодой женщины; длинный прямой нос; высокие скулы; небольшие аккуратные губы с яркой черной родинкой над красиво изогнутой верхней; каштановые волосы, как и в прошлый раз, были убраны в тугой пучок. Она казалась бы даже красивой, если бы не надменное выражение с оттенком гадливости, с которым дама взирала на нас, будто перед ней две облезлые крысы.

Изумленно хлопая ресницами, мы смотрели на эту женщину, не зная, что и сказать. Откуда она вообще взялась? Два дня мы пытались выловить хоть кого-нибудь, кто сможет нам объяснить, как здесь всё устроено, да чтоб показали нам хотя бы, как вода включается! Отчаялись уже, а тут, стоило разгадать загадку безвентельного душа, и эта мадам сразу материализовалась!

– Вы хоть понимаете, где оказались? Вам выпала такая честь – стать лимга?рами великих вайгаров Харна! – очень высокомерно заявила она, будто это что-то для нас значило.

 – А одна носится по коридорам с непокрытой головой, как дворовая собака… – я охнула от неожиданности и возмущения, в то время как хабалка продолжила вещать: – Вторая ржет, как кобылица на родах…

– Вы что себе позволяете!.. – надувшись воздухом, начала было я, но Софи с такой силой вцепилась мне в запястье, что мое злостное негодование застряло в горле.

Никто и никогда не смел называть меня дворовой собакой, и никто и никогда не смел оскорблять моих друзей.

Это взъярило не на шутку. Однако посмотрев на Софи и увидев ее слегка настороженное лицо с внимательным взглядом, направленным на хамку, я решила сдержать нелицеприятные слова до поры до времени. Что ж, практика показала, что «Моника» видит и понимает чуть больше меня.

Послушавшись свою подругу, старшую на десять лет, я посмотрела на желтоглазую. На ее губах играла надменная улыбка. Это разозлило еще сильнее. Услышав мое шумное пыхтение, Софи вновь до боли стиснула запястье.

Подействовало. Проследив за нашими руками, женщина презрительно хмыкнула, издевательски выгнув черную тонкую бровь.

– В коем-то веке хоть одна соображающая лима, – вальяжно растягивая слова, произнесла она с гаденькой усмешкой. – Я повторяю для особо «одаренных», не сметь выходить за пределы своих покоев без паранджи. Если вас увидят грайдеры, уверяю, вам это очень не понравится. Даже вайгар не сможет их остановить.