Ваш секретарь меня пугает

Удивление блондина переросло в потрясение, когда папа вместо того, чтобы разозлиться, ответил с глубоким вздохом:

– Ну, как знаешь. Не понимаю, почему ты по-прежнему всё воспринимаешь в штыки, малышка. А ведь я желаю тебе только добра. Кстати, позволь представить тебе Ярослава, – он повернулся к блондину и улыбнулся ему ласковой отеческой улыбкой. – Один из новых партнёров нашей группы компаний. Его отец владеет холдингом, с которым мы собираемся объединиться, а сам он возглавляет одно из крупнейших направлений.

Весьма талантливый и интересный молодой человек. Признаюсь, я не всегда согласен с его взглядами, однако с умным собеседником и поспорить приятно. Честно говоря, он иногда напоминает мне тебя. Поэтому я рад, что могу вас познакомить. Может, вы оба реализуете с помощью друг друга свою потребность в спорах и оставите бедного несчастного меня в покое, – он хмыкнул.

Угу. Не хватало только добавить: «Я всегда мечтал о таком сыне!» Впрочем, папа наверняка понимал, что это меня, скорее, оттолкнёт.

Более чем уверена, что про споры было сказано только для того, чтобы я прониклась к парню симпатией. Вряд ли в действительности блондинчик настолько глуп, чтобы спорить с моим отцом. Не похож он на самоубийцу.

– Очень приятно, – равнодушно сказала я, снова глянув на Ярослава без малейшего интереса. И тут же опять обратилась к отцу: – Нам пора работать, папа. Ещё увидимся.

Когда я отходила, буквально кожей чувствовала острый взгляд блондина.

– Что думаешь о нём? – спросила, не оборачиваясь.

Я и так знала, что Дан держится рядом.

– О твоём потенциальном женихе? – уточнил он.

– Ого! Как ты догадался, что это жених? – я остановилась, чтобы на него посмотреть.

– Было нетрудно, – ровно заметил Дан. – Стоило только внимательно прислушаться к тому, как его представлял твой отец.

– Согласна. Так что ты о нём думаешь?

– Не уверен, что мне стоит отвечать. Это ведь твоё личное дело, которое не касается работы и моих обязанностей.

Разве помощник имеет право выносить личные суждения? Боюсь, это может только помешать.

Вместе с досадой я ощутила и восхищение. Конечно, он сказал всё правильно. Последнее дело – сплетничать с помощником о собственной личной жизни. По идее, если бы хоть один из моих коллег начал подобный разговор, я бы грубо его оборвала. Почему же с Даном всё должно быть по-другому? Мы ведь даже не приятели. Я о нём ничего не знаю. Да и он обо мне знает совсем немного.