Пусть это буду я

Понять и сопоставить то, как вы воспринимаете события самостоятельно. Насколько ваши впечатления схожи и чем различаются. Договорились?

Брат с сестрой переглянулись.

– Хорошо, – сказал Коля, – так даже интереснее.

– В какой-то момент вам, возможно, станет сложно соблюдать такое правило, но без этого у нас ничего не получится. Если кто-то из вас его нарушит, вам обоим придется уйти.

– Мы умеем хранить секреты. – Люся весело подмигнула брату.

– Еще как умеем, – подтвердил тот.

– Даже друг от друга? – Гончар испытующе смотрел, склонив голову набок.

– Если этого требуют условия игры, то запросто. – С показной решимостью Коля широко расправил плечи.

– Вот и отлично! – Писатель весело шлепнул себя по коленям. – В таком случае сегодня отдыхайте и обустраивайтесь, а если кто-то из домочадцев станет вам слишком докучать, не стесняйтесь жаловаться. У меня имеются способы их приструнить. Но мы тут все немного чудаки, застрявшие в своих порядках, поэтому рассчитываю на вашу снисходительность.

– Что скажешь? – Содрав на ходу рубашку, Коля устало развалился в кресле теперь уже их гостиной. – Как по мне, здесь даже лучше, чем я ожидал.

– Писатель вроде хороший, – согласилась Люся, устраиваясь на диване с ногами, – и остальные тоже: странные, но забавные.

– Бабка не забавная. Она на меня так страшно зыркала.

Люся засмеялась.

– Магда совершенно обычная пожилая женщина, не волнуйся.

– Ты ее кольца видела? А взгляд?

– Коль, давай ты только здесь не будешь демонстрировать свои фобии?

– Думаешь, я нарочно?

– Я думаю, что все наши личные капризы, фобии и комплексы стоит отложить до лучших времен.

О такой жизни мы могли только мечтать. – Резко выпрямившись, Люся очень серьезно произнесла: – Я клянусь, что не буду ни на что жаловаться и стану соблюдать все-все правила этого дома, лишь бы Олег Васильевич оставил нас здесь подольше!

– Питание суперское. – Коля шутливо похлопал себя по голому животу. – А что скажешь про его книгу и эти разговоры «о нас»? Ты действительно сможешь держать все в секрете?

– Конечно.

Мы же пообещали.

– Да ладно… – Он недоверчиво покосился на сестру. – Все же понимают, что это условность.

– Ничего не условность. – Легкомыслие брата ее поразило. – Хочешь, чтобы нас выгнали?

– Нет, конечно. – Он рассмеялся. – Это я тебя проверял. Хотя… Как он узнает, если вдруг что-то такое произойдет?

– Не узнает, но меня замучает совесть.