Сердце Гудвина

Тим со Степой готовили площадку для танцев, раздвигая мебель в большом зале на первом этаже, а Матвей руководил ими, поэтому, когда на кухне появился Иван Сергеевич, я растерялась.

– Привет, Алиса! – На учителе был оранжевый пуловер и обычные синие джинсы.

И выглядел он гораздо моложе, чем в свитерах и костюмах, которые носил в школу.

– Здравствуйте! – Я потупилась, чтобы он не подумал, будто я его разглядываю.

– Приятно видеть тебя за работой.

– Спасибо.

– Не помешаю, если повожусь здесь немного?

– Нет конечно.

– Вот и отлично! – Иван Сергеевич взял из большой миски на подоконнике два апельсина, а возле раковины деревянную дощечку и нож. – Ты пробовала кофе с апельсином?

– Нет.

– Сейчас попробуешь.

Порезав апельсины пополам, Иван Сергеевич выдавил руками сок из каждой половинки в чашку.

– Как добрались?

– Спасибо. Хорошо. А вы как?

– Тоже хорошо. Я на машине.

– Понятно. А мы на такси.

Повисло неловкое молчание. К счастью, канапе раскладывать я закончила и, воспользовавшись этим, побежала докладывать Матвею, что все сделала.

Но он, к моему глубокому разочарованию, вернул меня обратно, велев нарезать овощи: огурцы, помидоры, перец и разложить их по тарелкам.

Овощей было килограмма по три – работы на полчаса, что в обществе математика представлялось мне вечностью. Я уже собралась отправиться за Ксюшей, чтобы потребовать ее участия, как неожиданно Иван Сергеевич предложил в помощники себя, временно отложив приготовление кофе с апельсином.

– Мама всегда запрягала меня помогать с готовкой! – Закатав рукава, он высыпал половину пакета с огурцами в раковину. – А когда женился, совсем отвык, разленился. А тебя мама заставляет готовить?

– Не заставляет. Но я и сама могу.

– А что ты обычно готовишь?

– Ну не знаю, разное – сырники, блины, пасту.

– Паста – это макароны, что ли?

– Не только макароны.

– Понятно! – Он едва заметно улыбнулся, как улыбаются взрослые, не желая оспаривать детские фантазии.

 – А я здорово готовлю плов. Себя, конечно, нехорошо хвалить, но это объективно. Всем очень нравится.

Он передавал мне мытые огурцы, а я резала каждый вдоль на четыре части.

– Ты, наверное, удивилась, увидев меня здесь?

– Да, немного.

– По правде говоря, я долго отказывался, но Матвей настоял. Забавно, они меня так опекают, словно я старый дед.

– А сколько вам?

– Тридцать два.