Обнулись!

На следующий день, а точнее уже этим утром, ему нужно было на смену в кафе. А планы были совсем другими. Всю ночь он пытался расшифровать распечатку с анализами, неистово гуглил, листал свои немногочисленные книги по химии и фармакологии, пытался вспомнить некоторые нюансы.

Разбираться было сложно, мозг буквально скрежетал и жаловался на недостаточный уровень интеллекта, все эти определения типа: “стероидные сапонины в качестве сапогенинов содержат обычно производные спиростана или фуростана” вводили в ступор и клонили в сон, кофе уже не помогал.

Роман помнил о нераспределенных характеристиках за последние пару лет, но импульсивно бросить их в Интеллект не решался, назад откатиться ведь не получится.

Чем больше он вчитывался, чем глубже термины врезались в память, тем отчетливее у него было чувство дежавю. Все это уже где-то было, он встречал похожие вещества с примерно таким же влиянием на организм и в такой же странной комбинации, которая в нормальной фармакологии не используется. А где он их мог встретить? Не так уж и многочисленны его контакты с наукой, а если прибавить сюда связь этих веществ с наркотиками, то очевидно что-то подобное он мог видеть в наработках химиков из банды.

Это меняло дело. Перед тем, как его закрыли, он как раз взял важные документы из лаборатории: отчеты, результаты исследований, формулы, он тогда мало понимал в чем там суть. Передать их в отдел сразу не получилось, хранить дома – смертельная опасность, поэтому пакет он спрятал в надежном месте.

Когда его сажали, думал он уже немного о другом, да и не понимал, кому из коллег можно довериться, ведь в банде были разговоры о своих людях в органах.

В итоге эти бумаги так больше никто и не видел. И если его нычка надежна и пережила все эти годы – то они и сейчас там. А в них может быть единственный ключ к спасению Машки.

В жизни не бывает такого драматизма, что есть лишь один путь к цели. Вполне вероятно, Машка очнется после очередной капельницы антидота или ее подруги вспомнят, что именно она принимала, или хотя бы где взяла, а там уже можно будет прищучить барыгу и узнать правду.

Но все эти события мало зависели от Романа, а он не мог сидеть сложа руки, и так за последние годы насиделся… даже на воле.

Часы показывали без четверти восемь утра. Он встал, сунул распечатку в карман, надел кожаную куртку, взял деньги и телефон – собрался.

Первым делом он зашел к соседу этажом ниже – нормальный мужик, раньше был местным участковым, а теперь работает в охране.