Лежу в могиле в лавандовом платье

Может быть, это просто моё воображение, но кулон для меня действительно имеет особое значение. А сейчас после этого сна мне хочется его снять и спрятать его куда подальше.

Автобус с основной группой приехал полчаса назад, все еще стоят на площади перед двухэтажным зданием архитектуры периода застоя – стены, крыша, окна, двери, ничего лишнего. Серая тоска, аж зубы сводит. Город выглядит гораздо хуже, чем на фотографиях в интернете. Сбоку на здании мозаика времен СССР с надписью – «мы строим коммунизм». Площадь освещает единственный уличный фонарь того же архитектора.

Не хватает еще бюстиков вождей СССР и будет полное перемещение в прошлое. Меня вдруг посещает мысль, что это продолжение сна – ночь, ветер с дождем и машина разворачивается и уезжает. Только я одета по погоде, и кладбища не видно.

Из здания выходит человек со связкой ключей, который полностью вписывается в этот депрессивный пейзаж. Накрапывает мелкий противный дождик. Выясняется, что гостиницы в городе в принципе нет, но есть комнаты типа общежития на втором этаже на двоих и на троих человек.

Все начинают группироваться по комнатам и разбирать ключи. И тут я соображаю, что мне группироваться не с кем – женского пола я одна.

– Анастасия Игоревна! – зовет меня человек с ключами. Он из местных, я его не знаю, – Нас не предупредили, что один человек будет женского пола, комнаты для вас отдельной нет. Тут женщины вахтеры работают, у них есть комната отдыха на первом этаже, поживете там, хорошо?

Ни на секунду не сомневалась в таком повороте.

Но я так устала и хочу спать, что согласна на любой вариант, лишь бы быстрее спрятаться от мелкого противного дождя с ветром.

– Вы уже взяли ключи? Давайте я вам вещи донесу, – это Олег, какой молодец. Мне не столько тяжело нести, сколько не по себе. Вся жизнь кипит на втором этаже, там ходят, громко разговаривают, смеются, двигают мебель, греют чай и едят что то вкусное. Первый этаж пустой и темный. Мы идем по коридору при свете телефонов. Комнатка вахтерш вполне сносная.

Я включаю свет и начинаю обживаться. Мое окно выходит прямо на площадь с фонарем. В какой-то момент боковым зрением выхватываю высокую сутулую фигуру, которая быстро уходит в темноту. Звоню Олегу, и через минуту весь второй этаж выскакивает на площадь и начинает обшаривать окрестности.

– Никого нет, Анастасия Игоревна, показалось вам, – добродушно посмеиваясь, сообщает руководитель опергруппы Петрович, крепкий коренастый мужчина под пятьдесят.