Воронья дорога

Подержала руку над новой плитой: хорош ли накал? В кухне затягивалась пауза.

Кеннет не слишком верил в фрейдизм, в основном потому, что старался быть с собой честным. Понимал, что в жизни многое ему не по вкусу, кое от чего просто с души воротит, но ничто из его открытий никак не вязалось с учением Фрейда.

Все же он задумывался: а не злюсь ли я в душе на Фергюса потому, что он у меня сестру отнял, когда сделал ее своей женой? Наверное, никогда не узнаю правды, предполагал Кеннет.

Может быть, верна теория, будто в мире все взаимосвязано, будто все люди, все вещи, все события прочно соединены сложнейшей паутиной из причин и следствий, из неявных мотивов и скрытых принципов… Но он вовсе не был уверен, что это имеет хоть какое-нибудь значение.

– Мэри и дети с тобой? – повернулась к нему Фиона.

– Пошли полюбоваться окрестностями с парапетов, – ответил Кеннет.

– Молодцы, – кивнула она и посмотрела на мужа. – У нас будет обсерватория. Ферг не сказал тебе?

– Нет.

 – Кеннет с удивлением посмотрел на Фергюса, но тот не обернулся. – Нет, я не знал. Что, с настоящим куполом и телескопом? Астрономию будете изучать?

– Счет уж точно астрономический, – раскатился внутри посудомойки голос Фергюса.

– Да, – ответила Фиона. – И теперь Ферг сможет ночи напролет любоваться звездами.

Миссис Эрвилл глянула на мужа, сидящего на корточках перед открытой посудомоечной машиной, и выражение лица Фионы показалось Кеннету презрительным.

– В чем дело, дорогая? – оглянулся на жену Фергюс – само простодушие и невинность.

– Ни в чем, – бодро ответила она необычно высоким голосом.

– Гм… – Фергюс что-то подкрутил в посудомоечной машине, снова почесал трубкой возле уха. – Все в порядке.

Кеннет повернулся к окнам, по которым хлестал дождь.

* * *

Зачатая в ревущую бурю, Верити (тоже ревущая) и родилась не в погожий денек. Она появилась на свет восьмимесячной августовским вечером 1970 года на продуваемом ветрами берегу Лох-О – более чем подходящее название для места ее рождения, считал Прентис.

Перед этим ее мать и отец провели в галланахском доме Фергюса и Фионы Эрвилл две недели – они приехали из Эдинбурга отдохнуть. В последний день молодая супружеская чета решила посетить гостиницу в Килхренане – это в часе езды к северо-востоку, на берегу озера. Для поездки одолжили «ровер» у Фергюса.