Воронья дорога

Интересно, будет ли Льюис оскорблен до глубины души, а Гавин – крайне разочарован, если мы с Гавом не пойдем за кулисы поздравить великого артиста с блистательным выступлением? Все прошло до того прекрасно, что Льюис сейчас наверняка в приподнятом настроении, а значит, совершенно невыносим.

Может, сослаться на головную боль? С Гавином этот номер вряд ли проканает. Наиболее вероятный ответ: «Да чего там, чувачок, лучше прими на грудь литр-другой пивка, крепеньким отполируй, и как рукой снимет».

– Простите, вы Прентис? Прентис Макхоун?

Я уже несколько секунд назад заметил, как от толпы отделилась женщина и двинулась в моем направлении.

– Да… – наморщил я лоб.

Лицо вроде знакомое. Невысокая, возраст, пожалуй, чуть за сорок. Вьющиеся каштановые волосы и симпатичное круглое лицо – совершенно, между прочим, свежее. Я тотчас возжелал ее кожаную куртку; впрочем, она бы мне не подошла по размеру. Глаза женщины блестели – может, животной похотью, но, вероятнее, это бликовали контактные линзы.

– Дженис Рэй, – протянула она руку. – Вспоминаете?

– Тетя Дженис! – встряхнул я ее кисть и заподозрил, что краснею. – Ну конечно! Вы были с дядей Рори. Простите, не узнал. Ну конечно! Тетя Дженис.

Она улыбнулась:

– Да, тетя Дженис. Как поживаешь, чем занимаешься?

– Отлично поживаю, – ответил я. – В универе, последний курс. История. А вы?

– Да у меня все в порядке, – сказала она. – Как твои родители? Все ли у них хорошо?

– Хорошо, просто отлично, – кивнул я и оглянулся – не возвращается ли Гав? Еще нет.

– Как?! – воскликнула она. – Марго? Какая жалость!

– Да, – подтвердил я. – Мы тогда все были на похоронах.

– Какой ужас! Если бы мне хоть кто-нибудь сказал… Как думаешь, ничего, если я напишу… твоим маме и папе?

– Да, конечно, напишите. Отличная идея. Они будут рады.

– До чего же мне жаль, что не смогла приехать на похороны… – потупилась она.

– Да… Все было путем… Только этот зануда не явился, – кивнул я на пустую сцену. – Не сложилось у Льюиса, а все остальные были.

У нее расширились глаза. Как будто огонь зажегся под кожей. И стал гаснуть, когда она спросила:

– Что, и Рори?

– Ой, – быстро замахал я перед ней ладонью, словно стирая с классной доски неприличное слово. – Нет, дяди Рори не было.

– Вот как? – уставилась она в свою кружку. – Жаль.