Путешествие к острову Человека

Сие суждение у него сложилось посредством фильмов, в которых гордая команда корабля отправляется в путь, а на всем протяжении пути их сопровождают вздымающиеся из-под волн дельфины.

В реальности же наш герой стоял уже два часа возле борта палубы, пристально вглядываясь в леденящую синеву океанской глади, но дельфинов все еще было не видно.

«Может, им нужна приманка? Да, все дело в ней!» – подумал он и бросился в закусочную под открытым небом, что стояла недалеко от бассейна.

Набрав изрядную порцию бутербродов с руколой, Энди принялся кидать их во все стороны, предусмотрительно бросая чуть вперед, чтобы к моменту, когда наживка будет съедена, не упустить благодарное млекопитающее из виду.

Лишь спустя еще час он, наконец, увидел косяк дельфинов, гордо резвящихся немного вдали от лайнера, которые, к досаде Энди прибыли не за лакомством, которое младший Бэрримор с такой надеждой раскидывал, а, скорее, на звук доносящейся с лайнера музыки.

К слову сказать, это был джаз – любимая музыка Энди, слушая которую он растворялся в своих мыслях, а посему и не заметил, как столь долгий промежуток времени вглядывался в океанскую бездну.

Любование дельфинами заняло у Энди еще около получаса, пока глава косяка, так лихо задававший темп и направление своим сородичам, не решил свернуть направо, и окончательно уплыть с поля зрения единственного восторженного наблюдателя лайнера.

Дело близилось к вечеру, а посему необходимо было тщательно подкрепиться и после пройти в каюту, для чего младшему Бэрримору предстояло найти старшего брата, который так и не покидал нагретого местечка около бассейна.

Майк был уже немного красным от солнца, и ему бы следовало чуть раньше завершить прием солнечных ванн, однако это сделало его весьма расслабленным и спокойным, посему когда Энди подошел позвать его отужинать, тот, не найдя в себе силы на ответ, небрежно кивнул головой.

Сам же ресторан, с точки зрения Энди, был весьма недурно обустроен: красивое сочетание голубых и белых тонов в отделке интерьера, большой шведский стол посреди ресторана, и, что больше всего привлекло внимание нашего героя – сцена, гордо приподнятая над основной частью помещения, на которой беспрестанно играло одинокое фортепиано в компании робкой скрипки.