Камбенет

Облегчение наступило только при деде нынешнего герцога и основателе династии Макуре Везучем, изгнанном младшем сыне тогдашнего геталькского короля. За своё долгое удачливое правление он навёл порядок и затем снизил налоги, оступившись только в самом конце жизни, первый и последний раз: сорок лет назад пошёл походом на северных горцев, чтобы пересчитать и обложить данью их овец ради справедливости ко всем. Но был разгромлен и погиб с почти всем войском. С горцами потом помирились, но налогов они так и не платят, да и остальные как-то воздерживаются тоже.

Ещё в Озёрном городе очень много церквей – много больше, чем в Камбенете, где паства издавна жёстко поделена между ограниченным числом старых приходов, а новые общины должны довольствоваться часовнями. Тут с этим свободнее: кто хочет и может, тот и строит. Епископ Эвтиган, двоюродный дядя герцога, в Гетальку почти не ездит, десятину туда не платит, к своим людям относится снисходительно. Церкви убогие по сравнению с Камбенетом, где их в изобилии украшают хитрая каменная резьба, статуи и витражи, но в строгой простоте есть своя красота.

К тому же безыскусность озёрские верующие восполняют высокими башнями со шпилями, придающими городу особый колорит. Здесь на высоту нет ограничений в отличие от Камбенета, где на всё надо испрашивать разрешение Городского Совета и совета каноников при епископе. В Озёрном же городе и городской мастер назначается герцогом, тогда как Городской Совет имеет лишь ограниченные права по сугубо местным делам.

В целом город Мелидену понравился своим спокойствием, простотой, изобилием без излишеств, дружелюбием и открытостью жителей. В чём-то он напомнил Медвежье, но его лучшие стороны без худших. Герцог здесь обращается со своими людьми по-отечески, церковным изуверам тоже не даёт разгуляться сверх меры. Разве что средиземский язык озёрцы коверкают ужасно. Однако объясняться с этими душевными людьми можно хоть на пальцах, никто не обидится.

Вот только разбойники в лесах и горах делают проезд не везде безопасным. На севере местные лучники с собаками в основном справляются, но на юге хитрые и злобные бойоны – постоянная головная боль. Сил на большие дела у них давно нет, но мелкие банды пролезают, как змеи, и творят пакости – убивают и уводят в плен селян, жгут их дома, устраивают засады на малых дорогах. Особенно зимой и ранней весной, когда трудно действовать конным отрядам.