Соноканский воин. ИЗГНАНИЕ

– Контракт? – спросил стражник.

– Да, – ответил отец.

– Вы поедете по южной дороге вокруг гор или на запад через ущелье и дальше мимо Норшарага?

Стражник перестал писать и внимательно посмотрел в нашу сторону.

– Норшараг сократит твое путешествие на четыре—пять дней, но … – он посмотрел на меня, – это гораздо опаснее.

– Мы справимся! – сказал я, выпятив грудь вперед.

Я не собирался выглядеть так, будто нуждаюсь в няньке. Стражник улыбнулся:

– Мне нравится твое отношение.

Отец, казалось, хотел что-то сказать, но только кивнул.

Стражник снова принялся писать.

– А когда вы собираетесь вернуться?

– Запиши нас на три недели. Самое большее – полная луна.

Стражник кивнул и добавил что-то в огромную книгу, затем присоединился к стражнику из Раджу, чтобы открыть двери.

– Надень свои очки, – сказал отец.

Я последовал его совету и полез в дорожную сумку. Мне не очень нравилось носить эти очки. От них у меня всегда начинала болеть голова, но солнечный свет без них был еще хуже.

Обычно нашим глазам требовалось несколько дней, чтобы приспособиться к яркому свету.

Очки были очень труднодоступны, их практически невозможно было купить, а это означало, что они были довольно дорогостоящими. Большинству семей повезло иметь одну пару. У нас их было двое. В каждом клане было несколько человек, которые сдавали их в аренду за процент от контракта арендатора. Если их не было, люди просто носили широкополую шляпу и страдали от яркого солнечного света.

Моему отцу удалось заключить контракт в Аквилоне еще до моего рождения.

Находясь там, он нашел воздуходува, который специализировался на уникальном стекле. Он заставил его сделать тонированное стекло для двух пар, а затем нанял портного, чтобы зашить стекло в кожаные ленты. Было гораздо дешевле приобрести эти предметы по отдельности, чем приобрести готовую пару очков.

Я затянул ремни сзади, но не слишком туго. В прошлый раз я провел два дня с сильной мигренью. Мягкая кожа на внутренней стороне ремешка предохраняла мою кожу от натирания, но они все еще раздражали меня.

Во-первых, очки отрезали все периферийное зрение, поэтому я потратил много времени, перемещаясь взад и вперед, чтобы следить за своим флангом. Я чувствовал себя как лошадь с шорами.

Как только наши глаза оказались в безопасности, стражники открыли дверь, и мы вышли наружу. Даже с затемненными стеклами солнечный свет был ослепительным. Стражники пожелали счастливого пути и быстро закрыли за нами дверь.