Младший сержант Алексей Крайнов

С вражеского самолёта «ястребки», похоже, заметили и не спеша повернули в противоположную сторону. Так они и скрылись за лесом на другой стороне реки, оставив наблюдателей гадать о результатах погони. Хотя об этом-то как раз и не спорили – и так ясно! Чего этот немец мог сделать против трёх сталинских соколов?!

– В клещи зажмут да сесть заставят, – с напускным равнодушием озвучил мысль Лёха, – я в книжке читал, приём это такой. Воздушный!

– А немец-то наглый какой! Считай, на сто вёрст от границы пробрался.

Чуют, наверно, что жареным запахло, вот и залетали. Как бы не рассекретили они нас, это же сколько он здесь всего высмотрел! Сволочь такая! – никак не мог успокоиться бледный от возбуждения младший лейтенант, то и дело, бросая взгляд вслед улетевшим самолётам.

– Если это разведчик, то у него рация стоит. Всё, что видел, передал уже… куда надо. А нам-то что? Говорили же по радио, учения идут! – вставил реплику Цепеленко.

– И чего? Поверят? – с сомнением спросил Лёха, оглядывая огромную толчею из людей и техники на обоих берегах реки.

– А не поверят, так и чего? – встрял в разговор подошедший сзади Димка Красовитов, пулемётчик из Лёшкиного отделения. – Накостыляем что так, что этак! Там это… зовут вас, товарищ младший лейтенант. К комбату вроде?

Взводный вскочил, отряхнулся и неуклюже посеменил в сторону импровизированного штаба батальона.

– Фуражку забыли, товарищ командир! – крикнул вслед Цепеленко, но из-за грохота на переправе услышан не был, а догонять младшего лейтенанта желания ни у кого не возникло.

– Ща комбат обратно погонит сохатого! – весело предсказал Красовитов, присаживаясь на траву.

Но что-то пошло не так: майор Терехов, ни разу не упускавший случая распечь подчинённых за неопрятный внешний вид, на отсутствие головного убора у младшего лейтенанта внимания не обратил, а, выстроив командный состав в две шеренги, принялся что-то зачитывать по бумажке, энергично жестикулируя свободной рукой.

Вдруг из-за леса, что на той стороне реки, низко, почти касаясь крон деревьев, показалась одна из «Чаек».

Биплан неуверенно, словно на ощупь, летел над переправой, оставляя за собой чёрный шлейф густого, жирного дыма. На мгновение Лёхе показалось, что над рекой повисла мёртвая тишина: провожая взглядом покалеченный истребитель, изумлённый народ задрал вверх головы. Сразу было видно – аэроплану крепко досталось: через крылья с задравшейся на ветру обшивкой просвечивало небо.