Как закалялась любовь

– Но он прав, – мужчина в черном передернул плечами. – За что же его в психушку? В психушку нужно Грина и Еврика. Это они не закрывают входную дверь, – он покрутил пальцем у виска.

– Последними в квартиру вошли вы, – указал пальцем в сторону гостей Грин.

– Вы – хозяева, – язвительно произнес в черном.

– Вы тоже не за солью зашли, – подключился Еврик.

– Хорошо. Виноваты все, – согласился в черном. – А если мужчина, этот Петрович, заговорит?

– Мы узнаем об этом, – Грин постучал по телефону.

– Как всегда, мы вам поможем, упакуем готовую продукцию. Все проверим, – в черном указал на настенные часы. – А вечером отправимся в гостиницу.

– Договорились.

– И все же соседа лучше снова отправить в психушку, – задумчиво произнес в черном. – Не стоит рисковать. Посоветуйтесь.

– Мы подумаем, – кивнул Грин и, поставив пустую посуду на столешницу, ближе к раковине, задумчиво включил воду.

Участковый инспектор

Горячая вода быстро смыла остатки еды с тарелки. Обедал лейтенант Николаев Николай не всегда дома. По-разному приходилось, но только не в ресторане. Зарплата участкового инспектора не позволяла принимать пищу в ресторанах, а взяток он не брал. Часть зарплаты он переводил маме и сестренке. Папа умер рано, и ему пришлось сразу после института искать надежную работу, и желательно со служебным жильем. По этой причине он откладывал и создание семьи.

Работать участковым ему нравилось, общение с людьми доставляло удовольствие.

Поставив чистую тарелку на сушилку, он наклонился к еще не мытому после зимы оконному стеклу и кинул взор на улицу. Он искал в прохожих ее. Она жила где-то недалеко, это он уже понял. Третий раз чуда не произошло. Он оделся, не спеша спустился по лестничным маршам, вышел во двор и направился в отделение полиции.

Миновав двор, он вышел на второстепенную проезжую часть и вновь свернул во двор и в очередной раз бросил взгляд в сторону попавшей в зону видимости девушки. Но все напрасно, не она.

«Да она дома. Может, вообще, замужем. Сейчас у плиты хлопочет. Такая красавица как пить дать замужем, и ты ей ну совсем никак не нужен», – ворчал он на себя.

В таком, не то чтобы угнетенном, но далеком от хорошего настроении он прибыл в отделение.