Как закалялась любовь

«Интересно, почему я ее раньше не видел?» – думал он.

Черный лимузин с флажком на капоте свернул во двор и, распугав голубей, остановился у третьего подъезда тридцать первого дома. Охрана в строгих костюмах окинула всевидящим взором двор, проверила безопасность подъезда. Из задней двери машины вышел пожилой мужчина. Он размял затекшие ноги, затем спину и последовал за охраной. Водитель остался за рулем с работающим мотором.

Дверь в просторную прихожую отворилась, и в нее впустили охранника для осмотра квартиры.

В квартире важную пожилую персону ожидал невысокий мужчина крепкого телосложения, средних лет, с короткими усиками под широким носом. Он кинул на визитера пристальный взгляд, поправил на шее толстую золотую цепочку и произнес:

– Весьма, весьма рад вас видеть, – медленно расправил спину и вытянул шею, чтобы казаться выше.

– И я рад тебя видеть, Грин, – растягивая слова, произнес визитер и взял паузу на десяток секунд.

– Да, все нормально. Окей.

– Нет времени. Всегда нет времени, – визитер протянул для рукопожатия руку. – Перейду к делу, – он окинул взглядом вместительную прихожую и произнес, не выпуская руки хозяина: – Всегда есть хорошие парни и есть плохие парни. Сегодня мне нужно помочь плохим. Через сенат я не смогу это провести, и потому я здесь. Грин, ты сможешь оказать мне еще одну услугу?

– Да, конечно, – с достоинством два раза качнул головой хозяин.

Господин президент отпустил руку и, глядя в глаза собеседнику, произнес:

– Два чемодана первоклассных фальшивых баксов номиналом по сто.

– Нет проблем, – с уверенностью заявил фальшивомонетчик. – Сделаем.

– Если все пройдет окей, то еще один через неделю. Окей или не окей? – сощурился высокопоставленный гость в ожидании ответа.

– Не стоит беспокоиться, – фальшивомонетчик изобразил на лице легкую ухмылку.

– Окей, окей, – неожиданно раздался голос, который и прогнал фантазии.

Фальшивомонетчик вздрогнул и открыл глаза. Перед ним стоял высокий, худой, сутулый, с наметившейся лысиной мужчина в сером спортивном костюме.

– Что это ты? Бормочешь про окей, – произнес он.

– Да так, помечтал немного, – короткий фальшивомонетчик выбрался из потертого кресла, потянулся и потеребил усы. – А ты не мечтаешь? – на его лице еще светилось удовольствие.

– Нет.