По ту сторону сияния. Книга вторая

Валера просто так не сдастся. Я уверен.

– Не очень, если честно, – поморщилась Вика. – Сильно сомневаюсь, что мы сможем придумать что-то такое, до чего не додумаются аналитики военных.

– Вот и я так думаю, – поддержал я ее.

– Генерала еще нет?

– Не знаю. Я сам только что проснулся.

– Проснулся и сразу принялся пялиться на меня? – Вика приподнялась на локте и слегка отстранилась, сделав большие глаза в притворном испуге. – Я же не умыта!

– Ты мне и такой нравишься. Даже если твои волосы растрепанны, а зубы не чищены.

– У меня что волосы торчат в разные стороны? – спросила и тороплива начала поправлять прическу. Наверное, так поступают все девушки, проснувшись в постели после приятно проведенной ночи. Видимо, стремясь продлить эффект воздействия своих женских чар на кавалера, они попросту забывают, что нам в такие моменты хочется просто обнять и поцеловать их.

– Все у тебя в порядке с волосами! – попытался я успокоить любимую.

– Я встаю. И не смотри на меня, пока я не приведу себя в порядок!

Вика вскочила и направилась в ванную комнату, которая была в другом конце коридора.

Выходя за дверь, она как-то по особенному качнула бедрами и подмигнула мне. Если бы мы были дома, я непременно последовал бы за ней в душ для совместного принятия водных процедур. Но в казарме ванная комната была одна, а исходя из голосов в коридоре, я понимал, что туда уже выстроилась очередь.

Растянувшись в кровати, я заложил руки за голову и улыбнулся. Сейчас мне было хорошо, и я готов был провести так весь день.

Просто забыть на несколько часов про пришельцев, генералов, своего постояльца. Про всех и вся. Наслаждаться близостью Вики и повторять свои ночные подвиги пока будут силы.

В глаза светило солнце, заглядывая в узкое окно комнаты. Я поднял руку, чтобы заслониться от яркого света, поднес ладонь к лицу, но ничего не поменялось, словно тело было прозрачным. Смутный расплывчатый силуэт пальцев едва угадывался в десяти сантиметрах от носа. Что за черт?

Повернувшись в бок, я обнаружил, что лежу на узкой кровати с решетчатой металлической спинкой.

Такие были у нас в одной из квартир, когда мы кочевали с Валерой с места на место в первые годы после Катастрофы. Уже и не помню, где это было. Мысли текли медленно, тягучими каплями выходя из головы и падая на пол, растекаясь там маленькими серебристыми лужицами.

Окно вдруг стало экраном телевизора, транслирующим белый шум. Сквозь помехи едва угадывался серый силуэт человеческого лица.