Ангар, или Столетие ценою в рубль

Фёдор же возмутился:

– Никакая она не ведьма! Просто очень старенькая…

– Ты видел её?

– Нет… она очень старенькая и из дому не выходит, не может. Но мой отец ходит за ней ухаживает…

– Так может, она померла давно, а тебе не говорят? (последовало приглушённое хихиканье).

– Так зачем же тогда мой отец бы к ней ходил?

Тут уж все засмеялись в голос. Часто мы так Федьку подкалывали, мол деревенщина ты необразованная… глупо это было и жестоко, но он не обижался на своё счастье. А если и дулся, то недолго, как и в этот раз.

– Ладно, не бери в голову, – заговорил я, отсмеявшись. – Давай поближе глянем.

Мы двинулись вдоль сада, осматривая дом. С другой стороны он был совсем заросший.

– Смотрите, окно открыто! – прошептал Сашка, самый глазастый из нас (мы его звали Глазастик. Потом у него начались серьёзные проблемы со зрением, но видел он тогда очень далеко).

– Где, Глазастик? Увидишь же…

– Да вон! С той стороны последнее! Рама чуть отходит, и шпингалет, кажется, поднят…

Я всмотрелся:

– Шпингалета не вижу, но рама и правда приоткрыта.

Залезем?

Все глянули на меня со страхом и уважением. Я бы даже сказал, со страхом уважения…

– Ты что, это чужой дом! – Занервничал Федька.

– И что? Старуха наверняка спит.

– Андрюх, не лезь туда, не надо…

– Тебе же не страшно рядом тут жить! И к тому же ты сказал, что она не ведьма. Так? Значит, и бояться нечего. Залезу, посмотрю что к чему и мигом назад. – И я уже начал отдирать гнилой штакетник от забора.

Фёдор же пришёл в полный ужас и кажется вообще не знал, как быть. Но бежать к родителям мы бы ему не позволили, и это он, думаю, понимал. Я же скомандовал: – Так, Глазастик и Маша, стоят на том углу сада и смотрят во все глаза! Митька здесь. А ты, Фёдор, как главный проводник – со мной!

Так я попытался подбодрить его. И – не дать сбежать, мало ли… Не скажу, что он был рад, но покорно за мной поплёлся.

2

Через сад мы пробрались к дому и вдоль него тихонько пошли к окну.

Вблизи дом казался ещё больше, пахло от него сырым старым деревом и веяло холодком. Нервы мои веселились не на шутку. Дойдя до окна, оказалось, что достать его непросто.

– Здесь у неё кухня, – подтвердил Фёдор мои догадки.

– Вот и славно…

Я забрался на заваленку дома, достав до окна носом. Дёрнул раму – та и правда оказалась не заперта. Она отворилась с тихим шипением старых петлей, на меня слетела паутинка. Краска на раме вся облупилась.