Исповедь кочегара

На этом дело будет сделано. Твой друг будет бояться тебя как огня, а ты в свою очередь, после всего этого можешь смело ехать к кочегару и требовать заслуженные ответы на свои вопросы.

Выслушав чужака, Тимур долго сидел и молча думал. Парень не мог понять: что тут вообще творится?

– Что за чертовщина происходит со мной последние два дня? Я хочу жить как раньше: тихо и спокойно. А тут что-то не так. Кочегар, липовый контролёр и ночной незваный гость в одном лице, странные сны, из которых я вытаскиваю материальные предметы…

– Можешь думать что угодно, – сказал Иван, – но я хочу, чтобы ты сделал всё в точности, как я тебе сказал.

Скоро утро и мне пора уходить. И чтоб ты не думал, что это был всего лишь сон, я разобью эту чашку с водой. Иван протянул руку и одним пальцем столкнул чашку с тумбочки, которая стояла у изголовья кровати. Чашка разлетелась вдребезги, и на полу начало растекаться багровое пятно. Каким-то образом вместо воды в чашке оказалась кровь. Тимур посмотрел удивлённым взглядом на окровавленные осколки, а потом перевёл взгляд на ночного гостя, который широко улыбался жуткой улыбкой. Улыбка переросла в смех, Иван поднялся и вышел из комнаты.

– Помни о нашей договорённости, – сказал ночной гость и, продолжая смеяться, захлопнул за собой дверь.

***

Тимур проснулся от хлопка. Встрепенувшись и бросив сонный взгляд на дверь, он увидел, что она открыта. С двери взгляд был переведен на чашку, которую разбил ночной гость. Чашка стояла на своём месте, целая и невредимая.

Перевернувшись на живот и свесив голову с кровати, Тимур не обнаружил никакой жидкости на том

месте, где якобы разбилась чашка.

– Это был очередной дурной сон, – подумал Тимур и с облегчением вздохнул.

Комнату заполнила тишина, лишь отчетливо слышался какой-то странный шорох. Тимур начал прислушиваться и понял, что источник звука совсем рядом. Парень поднял голову и от увиденного зрелища чуть не обомлел. Кровь отхлынула от лица, оно вмиг побелело, а его тело сковал страх.

Чашка, стоявшая на тумбочке, медленно вращалась вокруг своей оси. А странный шорох, долетавший до ушей Тимура, оказался трением керамического донышка чашки о лакированную поверхность столика. Пульс в висках Тимура бил кузнечным молотом, а сердце обезглавленной курицей билось о грудную клетку. Хорошо, что дыхание

относится к безусловным рефлексам человеческого организма, иначе бы насмерть перепуганный парень уже давно бы задохнулся.