Мой друг – Тишина

Ну а главной целью всех его действий было решение связать движения наступающей стороны, где имеющим шнурки на ботинках, всего лишь нужно было их связать между собой, а парням, не имеющим такого достатка, пришлось расстегнуть штаны и спустить их до степени заплетания ног, с чем Ростик без труда и справился. «Всякую серьёзность бьёт только несерьёзность»,– посмотрев на дело рук своих, Ростик сделал свой жизнеутверждающий вывод. После чего, он, бросив удовлетворённый взгляд, вышел вон из бара.

– Ну что. Что-нибудь усмотрел для себя? – Спросил, вышедшего на улицу Ростика Тишина.

«Нет», – Покачал в ответ головой Ростик. «Но они уж точно усмотрят», – Усмехнулся про себя Ростик, и чтобы Тишина, от чьего внимания редко что проходит незамеченным, не задался вопросом, первый спросил его:

– И что это сейчас было?

– А разве не понятно. – Усмехнулся в ответ Тишина, разворачивая свою голову в сторону такого любопытного Ростика.

– Не очень-то.

 – Кивает в ответ Ростик, заставляя Тишину провести короткий ликбез.

– Человек, этот сосуд для содержания бога, со временем наполняется под завязку своими переживаниями, которые так и стремятся выплеснуться из него куда-нибудь наружу, вне его. И вот тут то для него и существует в основном два варианта дальнейшего поведения. В первом случае, если его сердце ещё горячо бьётся, а чувства, приходя в волнение, бурлят, то он, закипая, выплескивает из себя весь переполняющий его негатив.

Что, в общем-то, и позволяет ему, избавившись от этой накипи, прийти в норму. – Тишина намеренно сделал паузу для того чтобы Ростик спросил его то, что он хотел спросить. Что, в общем, тот и подвиг себя.

– И я как понимаю, это был первый вариант действий. – Сделал лежащий на поверхности вывод Ростик.

– Верно. – Согласился Тишина практически сам с собой. – В другом же случае, когда его сердце зачерствело и охладело к жизни, то поверхность его сердца покрывается ледяной коркой, не давая вытечь из него всему негативу.

Что, в свою очередь ведёт к разрушению человека изнутри, разбивая этот сосуд окончательно. Вот наша задача и состоит в том, чтобы проследить и не дать этому человеческому сосуду окончательно разбиться вдребезги. – Тишина вновь делает ту же намеренную паузу. На что следует свой, правда, несколько расширенный ответ Ростика:

– Ну а другой случай, это как раз наш.