Мой друг – Тишина

А моя должная подготовка к этому событию, принесёт и в полной мере даст раскрыться лицитатору, выступающим главным героем моей новой картины «По ком звучит колокол». – во время этого словесного расклада, с лица Тишины не слетела не единая улыбка, что, конечно же, было восполнено смешливостью Точа и Ростика, на кого, в общем-то, и была рассчитана вся эта серьёзность Тишины.

После чего они поворачиваются по направлению не предложенного, а выбранного ими стола и следуют к нему. Ну а на этом не слишком длинном пути, Тишина, по всей видимости, словив игривое настроение, проходя мимо застывших в своём временном бытие гостей вечера, начинает вытворять с ними то, что его провокационная душа желает делать.

Ну, а судя по его такой жажде перемен, она много чего желает.

Так перемена блюд и бокалов в руках собеседников, наверное, одна из самых невинных шуток Тишины, который, как он говорит, видит в этом большой потенциал для достижения взаимопонимания, которого трудно достичь без ощущения внутренней константы собеседника, которое и даст такой взаимный обмен блюд.

И если такой размен для самих оказавшихся разменной монетой, хоть и заметен для себя, но опять же, не столь виден для собеседника, то следующий дерзкий ход Тишины, в котором он, у одного из видных толерантных лиц, снял с уха серёжку и поменял её на другую, принадлежащую другому видному, но только женскому лицу, явно требует другого объяснения.

– Подлецу, всё к лицу.

А он, спешу тебя уверить, подлец первостатейный. – Тишина спешит успокоить повод для возмущения, который может вылиться в вопросы у Ростика.

– А она ему подстать. – Не успевает Ростик даже повести носом в сторону какой-то бравого вида вечной соведущей, на чьём ухе оказалась серьга толерантного типа, как Тишина уже даёт свой логический ответ.

Но это только слова, когда как Ростик видит, что Тишина совершенно не только не может остановиться и как малый ребёнок придаёт дополнительную остроту блюдам, а также напиткам, добавляя в них не свойственные им ингредиенты, но и развил такую кипучую деятельность, в которой мимо его взгляда и ушей ничего и никто не проходит мимо.

И хотя вроде бы все стоят, а он в свою очередь если не движется, то уж точно не стоит на месте, как-то при этом, почему-то смеют заявлять, что в основном ничего не проходит мимо них, ну и в частности Тишины.