Переписка баламутов

Он в одиночку ездил по городам и весям нашей подшефной территории и фотографировал старые, преимущественно разрушенные храмы. Он охватил их почти все и составил обширный альбом так называемых «домов Божиих», за что имел благодарность от людей и ангелов. Психиатр долгое время не мог подобрать к нему ключик, но обратил внимание на склонность его к аскетизму, молчаливость и замкнутость. Все бы хорошо, но была в нем тоненькая ниточка гневливости, вот ее и начал развивать Психиатр.

Он внушил своему подопечному, что тот мало делает для спасения своей души. Надо оставить все мирское и полностью посвятить свою жизнь нашему Врагу. После этого тот оставил работу, решив, что Он пропитает, оставил увлечение фотографией, оборвал все связи с внешними миром, стал регулярно посещать собрания в храмах (люди, почему то называют их богослужениями), поститься и молиться. И вот, выждав нужный момент, Психиатр внушил ему еще одну мысль: надо любить ближнего, учить людей «благочестию», но и быть при этом строгим к ним.

И Фотограф поднял такую тяжесть, от которой надорвался. С ним произошел такой случай.

Однажды он стал строго поучать одного человека. Нужно, говорил он ему, жить не так, как ты сам хочешь, а так, как сказано в Божьем слове. Богу покоряйся, и он даст тебе все, что попросишь у него. А тот посмотрел на его затрапезный вид да и сказал: «Вот ты и попроси у Бога новую одежду, а то ходишь весь в дырьях и рваный».

Рассердился тут наш Фотограф и отошел, ругаясь. А до того говорил, что надо прощать людей и любить их.

После этого гневливость начала развиваться у нашего дорогого Фотографа в гордыню. Он усилил аскетизм и стал говорить, что «мир во грехе погряз, не осталось больше христовой веры на земле», а его миссия на Земле закончилась и он в этом году умрет. Вот уже пять лет так говорит.

Ну, что-то я увлекся подопечными моих подчиненных, а о своем забыл.

Мой Пожарник в свое время много потрудился на восстановлении храмов и монастырей, а вот сейчас, выйдя на пенсию, вообще ушел алтарничать в один из храмов. Стал такой постник и молитвенник, что просто дрожь в коленках, и постоянно повторяет: «Род сей изгоняется постом и молитвой». Это он про нас так! Ха, ха, ха! Я-то знаю, что он при моем усилии будет наш. Вот только не научился бы умной молитве.