Амнезия. Параллельные

Мой глаз стоит этого.

Рядом стоял полицейский и наблюдал. – Нужна скорая, мисс?

– Нет, что вы! – ответил я за Лизу, – из-за таких пустяков поднимать людей? На дорогах пробки, причем стоит такая жара.

– Не обращайте на него внимания, – вступила Лиза, – сейчас мы придем в отделение.

– Ничего, я подожду.

Я встал на ноги. Голова немного кружилась, но глаз перестал пухнуть.

– Будет синяк, – просто сказал я. – Идемте. Я уже в порядке.

Лиза взяла меня под руку, и мы пошли в отделение. Не знаю, когда она успела, и сколько времени прошло, но ее знакомый адвокат уже был внутри.

– Какое заявление? – не понял я.

– На того жлоба, – пояснил адвокат. – К сожалению, на его сынка не получится.

– А зачем? – удивился я.

– Его накажут, – просто пояснил адвокат. – Причем неплохо накажут. С вас снимут побои, есть свидетели. Дело простое.

– Но я не хочу, что бы его наказывали, – запротестовал я, – его могут посадить, и сын на время останется без отца.

У адвоката отвалилась челюсть. Он встал, вышел и вернулся с Лизой.

– Лиза, – попросил я, – пусть меня отпустят. И того тоже. Я не буду ничего писать.

Она была уже в курсе дела, адвокат успел объяснить ситуацию.

– Гарри, наверное, ты не поймешь, но лучше закрыть это все. Просто я его знаю. Не обижайся, я так тебе благодарна за приезд.

– Но ведь это простейшее дело, – удивленно пожал плечами тот, – если не наказывать таких, то к чему мы придем?

– Ты прав, ты полностью прав.

Адвокат опять пожал плечами.

– Лиза, я тебя знаю столько лет. Тебе не кажется, что твоему подопечному место в другом отделении, не в полицейском?

– Все нормально, Гарри, положись на меня. И еще раз спасибо.

– Ладно, мне то что. Раз вы так решили, пойду, скажу, чтобы его выпустили.

– Передайте ему, что я не обижаюсь, – добавил я, – только попросите, чтобы его сын больше не ломал растения. – Адвокат вышел, хлопнув дверью немного сильнее обычного.

Полиция была не на моей стороне. На меня все косились, но документы я все-таки получил. Лиза сделала все, чтобы мы быстрее уехали.

– Джон, я прикую тебя к себе наручниками, – сказала она уже в машине.

– Дорогая, разве ты бы не вмешалась, если на твоих глазах от нечего делать ломают живой, да еще такой прекрасный куст?

– А заявление?

– Он сам себя накажет, поверь мне. Я это уже понял и ты это видишь.