Катастрофа

Сознание, или память постепенно возвращались к нему, и он почувствовал, как душно было в этом помещении. К тому же, он сидел сейчас на подстилке из каких-то листьев, но абсолютно голый. – Что же было ночью? – Спросил он себя вслух, напрягая память. Голова не болела, и тело было такое же, как и всегда. Он помнил ужин, потом как они с Эли вернулись, приход вождя и последнее, как он лег и почувствовал рядом тело девушки. После этого наступал полный туман. Он опять лег, и постарался хоть как-то его рассеять, хоть на мгновение, и кое-что ему все-таки удалось.

Какие-то руки, блуждающие по его телу, а потом его руки, то же блуждающие, но уже по какой-то мягкой приятной коже. А потом все кончилось. Дальше туман уже плотно застилал глаза и память. Ему стало хуже, ведь он уже вспомнил все, что было до последнего момента, а вопрос, что и как было дальше, так и не был разрешен. Но в этот момент он был важен, как никогда. Справился ли он? – вот что волновало его на данный момент. – Если нет, это могло изменить все, или очень многое. Ему стало грустно. Почему память не захватила еще хотя бы полчаса? Но в этот момент в помещение ворвался сноп света. На пороге согнувшись, стояла Эли и чему-то улыбалась.

– Привет, – хмуро сказал Том и поджал колени. – Ты не могла бы как-то закрепить эту шкуру, чтобы стало светлее?

– Привет, дорогой, – как-то особо ласково ответила она, и, повозившись, вошла вовнутрь. Свет попадал в помещение через большой треугольник на входе, и его было вполне достаточно для того, чтобы Том смог разглядеть валявшиеся неподалеку его трусы и майку.

Он потянулся за ними, и грозно бросив взгляд на девушку, неуклюже натянул трусы, а потом уже спокойно надел и майку.

– Расскажи, – тяжело вздохнув, сказал он, – я помню только до того момента, как мы улеглись на подстилку. Чертово зелье! Или шаман не рассчитал, или мой организм совсем ослаб от последних событий.

Но эли молчала. Он просто подсела к нему, мягко обняла за плечи и заглянула ему в глаза.

Тому немного полегчало: ее глаза светились, а губы заметно излучали таинственную хорошую улыбку.

– Не молчи, – попросил он, – скажи, получилось? Что было потом?

– Спасибо, Том, – почти шепотом ответила она. – Получилось. И мне впервые за последние пять лет стало радостно на душе. Я с ней проснулась, и эта радость до сих пор сидит где-то глубоко внутри меня.

Том неожиданно вздохнул так глубоко, что выдох занял, наверное, полминуты.