Пара Икс. Две настоящие любви не разделит даже смерть

– Нет, не берите в голову, этот язык беднее нашего. Не знаю, почему я вам ответила именно на нем. Кстати, вы не могли бы закрыть шторы и просто включить свет?

– С удовольствием, Элеонора, – сказал я и пошел к окну. Недалеко стояла тумбочка, а на краю я заметил довольно зачитанную книгу под названием: *Как разговаривать в отелях на любых языках*. Я случайно сделал шаг в сторону тумбочки и зацепил книгу. Она упала. Я поднял ее:

– Я очень сожалею, Элеонора, – грустно сказал я, – случайно я обронил, наверное, вашу любимую книгу.

Больше такого не повторится.

Элеонора подошла ко мне, и я увидел, как по мне ударили две молнии из ее красивых глаз.

– Не беспокойтесь, Джон, я такие книги уже не читаю. – Стараясь казаться равнодушной, сказала она. – Пожалуйста, отнесите ее тому, кто готовил номер к моему приезду. И скажите, что бы в следующий раз она не забывало выносить из номера все, что осталось от предыдущих клиентов.

– Непременно, Элеонора, – с озабоченным видом сказал я.

– Кстати, где вы взяли минеральную воду *Этью*? Это моя любимая, но в меню ее нет.

– Я знаю, Элеонора. Самое главное для меня это выполнить все ваши пожелания, – улыбнувшись, ответил я.

– Благодарю вас, Джон, и не забудьте забрать ту книгу.

– Приятного вам аппетита, Элеонора, – мягко сказал я, и, поклонившись, вышел.

Этот раунд я опять выиграл, но был на волосок от позора. Когда Элеонора мне ответила на арабском языке, она специально могла бы находиться в этот момент, например, в нижнем белье, и мое появление окончилось было бы скандалом.

Конечно, между нами, ведь это был спектакль только двух актеров. Я облегченно вздохнул. Два ноль, такой счет меня устраивал. Следующий вызов должен будет быть через час, чтобы забрать посуду. На всякий случай, я отчитал невиновную уборщицу номера Элеоноры, и вручил ей книгу. Если та вдруг захочет проверить, все было чисто.

– Ну как? – спросил меня менеджер? – тяжело?

– Справляюсь, – улыбнулся я.

Через час раздался вызов.

Арабский язык ушел в прошлое.

– Да, входите, – услышал я голос Элеоноры.

Как я и предполагал, надо было забирать посуду.

– Джон, присядьте, то есть садитесь, – вдруг сказала она. – Вы не могли бы быть так любезны хоть чуть-чуть рассказать о себе? Я ведь остановилась на полгода. Надеюсь, моя просьба не покажется вам странной, ведь я о вас ничего не знаю?

Все что надо она прекрасно знала из моего досье, которое за час могла бы выучить наизусть.